INTERSTELLAR |
Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.
Вы здесь » INTERSTELLAR » constellation » (27.04.2278) Bullet # 1 - Helium-3
Bullet # 1 - Helium-3
Jason Frost, Chris Korvis, Gabriela Martinez.
27 апреля 2278 года, Нью-Йорк.
Ясным апрельским вечером небо над Нью-Йорком расцвело вспышкой фейерверком стоимостью в миллиарды долларов и грозящей чудовищной головной болью АНБ. Взорвался заходящий на посадку перевозящий гелий-3 танкер.
Кто сказал теракт? Первая версия причин крушения - техническая неисправность.
[AVA]http://savepic.ru/8908170.png[/AVA][SGN]«Чтобы спасти наш народ, надо им пожертвовать». ©[/SGN]
Тьма, пришедшая со стороны Атлантического океана, накрыла ненавидимый Фростом город.
Семь часов. Тихий апрельский вечер. Покой. Докуривая сигарету, Джейсон подумал, что нет ничего прекраснее нескольких минут тишины наведение с видом умиротворённого мегаполиса, который его, Фроста, волей вот-вот погрузится в пучину выжигающего всё хаоса.
Ошибается тот, кто полагает явление международного терроризма эдакой лернейской гидрой о множестве хищных голов, кровожадным стигийским чудовищем, бессмысленным, беспощадным и не поддающимся никакому разумному контролю в своей испепеляющей деструктивности. Располагающая поистине внушительным человеческим ресурсом и экономической мощью, подобная организация — это своего рода дрейфующее государство, обладающее чёткой иерархической структурой, своими законами и конституционными границами, религией и идеологией.
Идеологией, которая, вопреки крикливым лозунгам диванных гуманистов, не подразумевает убийства ради убийства и не делает его самоцелью. Нет, не таков он — современный террор.
Фросту всегда нравилось звучание этого слова.
Террор.
Словно щелчок оружейного затвора.
Продирающий холод пистолетного дула, приставленного к виску.
Масштабы жертв не так важны. Не важен диапазон разрушений. Имеет значение только одно: страх. Прорастающее сорным семенем в сердце каждого якобы свободного гражданина осознание того, что его жизнь — ничтожная игрушка в руках чужой воли. Ощущение полной незащищённости перед лицом угрозы, которая может подстерегать где угодно, в любой момент ворваться в твой мир и нарушить привычный ход вещей. Сегодня погиб твой сосед, друг, брат; завтра придёт твой черёд, — и не найдётся никого, кто бы смог отвратить занесённую руку палача.
Страх деморализует и лишает способности рассуждать.
Страх расползался по стране, как чума. Рекордно низкие рейтинги главы государства, фактически расписавшегося в своей беспомощности на глазах у собственного народа, — Джейсон по праву считал тотальную дискредитацию гаранта национальной безопасности важнейшим достижением последних месяцев.
Что вы скажете своим избирателям, мистер Эдвардс, когда сегодня символ нерушимой состоятельности, благословенный Нью-Йорк, станет свидетелем ещё одной трагедии?
Карфаген должен быть разрушен.
Побережье Манхэттена выступало из воды, словно спина большого уснувшего кита, переливаясь башнями небоскрёбов. Из окна почти под самой крышей здания была видна лента реки, лениво ползущей к горизонту в пламенеющих сумерках заката.
Ни единого свидетельства готовой разразиться бури.
Основное действо развернётся через пару часов. Аккурат к выпуску вечерних новостей. Но новость сегодня будет только одна; а вместо улыбчивого личика ведущей CNN жителям Большого Яблока придётся любоваться скорбной физиономией лидера повстанцев, популярно разъясняющего простому американцу, как же мы докатились до жизни такой.
Запись пойдёт отсюда, с одной из высоток в Даунтауне, не из студии, — рисковать Фрост не собирался.
Раздался скрип открывшейся двери, шаги в прихожей. В проёме возникла долговязая, нескладная фигура хакера. За его спиной маячил знакомый женский силуэт.
— На этот раз вовремя, Корвис.
Джейсон затушил окурок.
В отличие от минувшей встречи с Фростом на эту Корвис шел не без прочно поселившихся в его душе сомнений. Инициированный Джейсоном широкомасштабный план по поражению людей страхом и беспомощностью в исполнении его верных соратников-повстанцев постепенно обретал четкость. И сегодня разыграется еще один акт демонстрации несостоятельности правительства держать обещанное слово перед населением – обеспечить им безопасность. Эпик, мать его, фейл, о котором расскажет сам Джейсон Фрост из студии CNN прямо перед выпуском погоды. Каждый из участников должен был быть уже неподалеку от здания телеканала, готовый в нужное время отработать свою роль. Кроме Фроста – его появление предполагалось провернуть техническим фокусом без непосредственного пребывания в студии.
Перед тем как идти сюда, Корвис еще раз проверил, что по сети CNN все еще гуляют хитроумные «черви», которые дадут ему возможность пресечь попытки отрубить вещание и блокировать любой сигнал извне, кроме как из сооруженной псевдо-студии в соседней высотке. Такое появление лидера террористов сразу же после до сих пор не утихнувшей шумихи после Титана будет сродни еще одним смачным плевком в рожу власти. Дерзко, на грани с безумием. В духе Фроста.
Спустя считанные минуты после начала трансляции рядом со зданием будет свора анбшных ищеек, и Корвис понятия не имел, как собираются выбираться повстанцы из числа тех, кто будет внутри. Эта часть плана была не в его ведении, но он надеялся, что она действительно есть, и все те, в чьи обязанности лег захват студии, не признаны допустимыми потерями, и до смерти их не отделяет какая-то хренова пара часов. По большому счету ему глубоко похуй на участников возможного килл-листа. Не хотел он видеть там только одно имя, обладательница которого сейчас уверенно приближалась к месту встречи, опережая его метров на десять.
- Hola, la bomba! – окликнул ее Крис прочно закрепившимся за ходячим-пиздецом-Мартинес прозвищем чуть ли с первого дня знакомства.
Он нагнал Габи.
- Как думаешь, нас ждет второй Париж? – иронично поинтересовался Корвис. В действительности сыпать шутками ему сейчас хотелось меньше всего, и он, изрядно подрастеряв в трололошечке, продолжил уже серьезнее. – Надо поговорить, но после разговора с Фростом.
Крис пристально посмотрел на девушку и с кривой улыбкой уточнил:
- Сразу после, прежде чем ты рванешь пробивать чужими головами себе окно в сетке вещания CNN.
Они оба зашли в просторный холл высотки, где на запредельной высоте их дожидался Фрост. Оба молчали, пока скоростной лифт поднимал их наверх, а Корвис вновь вернулся мыслями к самой тревожащей на этот момент части грядущего действа. Фрост не был бы собой, если бы появился в эфире без эффектного пиздеца, а его поручение прощупать сеть управления боевыми дронами-беспилотниками ненавязчиво намекало на источник этого пиздеца. И оценивая возможности хотя бы одного беспилотника, Крис понимал, что грамотно нацеленные пара ракет приведут к нехуевой кабзде с кучей гражданских жертв. И снова как никогда ясно замаячил вопрос, которым он совсем недавно задавался – а сможет ли он сказать нет? Он хмуро глянул на Габи, но промолчал. Вышел вслед за ней из лифта, и спустя еще пару минут оба зашли в квартиру.
- Из соседнего дома сложно опоздать даже при моих талантах, - отозвался Крис и, слабо усмехнувшись, добавил. – Прости, если разочаровал.
[AVA]http://savepic.su/7094406.jpg[/AVA]
Отредактировано Chris Korvis (2016-03-05 21:02:27)
В честь такого великого дня Габи решила приодеться: спиздила из сувенирного магазинчика футболку с надписью «I ♥ NY». Принт не врал. Сегодня Мартинес действительно любила этого огромного постиндустриального монстра с его небоскребами, пробками и вечно спешащими по своим делам людьми. В этом городе никогда не было спокойно – шум машин, сирены полиции, суета людишек, зазывающие рекламные вопли из торговых центров – все это было голосом города, его душой. Но сейчас (и Габи была приятна мысль, что она одна из немногих посвященных, кому доступно это тайное знание) огромный город Нью-Йорк доживал свои последние спокойные часы.
Скоро жизнь его жителей перевернется с ног на голову. В генах горожан заложен страх перед террором. Когда-то этот город уже был выбран целью террористов. Два уродливых здания, которыми так гордились американцы, были превращены в горстку горящих обломков, заваленных трупами. Только те древние террористы были скучны: им не хватило наглости пойти дальше, заявив миру о себе не только с помощью силы, но и с помощью медиа. Если первое пугало людей до усрачки, то второму они безоговорочно верили. Телевизионный экран, и люди, вещающие с него, давно заменили для человечества религию и бога.
Полностью ушедшая в свои мысли, Габи не сразу услышала, что её окликнули, нервно вздрогнула, когда рядом с ней оказалось долговязое тело, и похвалила себя за то, что научилась думать прежде, чем ломать руки людям, подкрадывающимся сзади без предупреждения.
– Привет, красавчик! – лицо девушки осветила радостная улыбка, она подпрыгнула и немного повисела на шее Корвиса. Когда переломный момент близок, каждое родное лицо, даже такое как у Криса, необъяснимо радует. В конце концов, Габи прекрасно осознавала, что этого долговязого очкарика она может больше не увидеть. Но ставить его об этом в известность не собиралась: у хакера намечался тяжелый трудовой день, и его работа была намного важнее, чем действия всех тех, кому придется оказаться в студии. Незачем его зазря напрягать.
– Нет. К сожалению, некоторые вещи невозможно повторить специально.
Габи развела руками, мол, сама бы не возражала против Парижа, но не судьба. В одну и ту же реку невозможно войти дважды, а каждый пиздец уникален по своей природе.
– Но, обещаю, этот день люди тоже запомнят надолго.
Мартинес слегка погрустнела: она, может быть, тоже хотела попасть в телевизор. Вот вечно так получается: въебываешь как проклятая, стараешься изо всех сил, а лавры всё равно получают другие. Несправедливо.
Подстроившись под шаг Корвиса, Габи пошла к зданию. Здесь, внизу, казалось, что оно пронзает собой небеса. Девушка задрала голову, оценивая сегодняшнюю резиденцию Джейсона, и в который раз задумалась – а не хотел ли их лидер компенсировать себе что-нибудь, назначая встречу в подобном месте? Наверняка. Только ведь ни за что в этом не признается, а спрашивать как-то невежливо.
– Ох, Корвис… Хорошо, поговорим, если это для тебя так важно, – Габи тяжело вздохнула, и двинулась вслед за хакером. Его нервозность чувствовалась на физическом уровне, передавалась воздушно-капельным путем, и слегка подбешивала Мартинес, с утра пребывающую в веселом и беззаботном настроении, которое всегда предшествовало спланированному дестрою. – Но почему не до? Так сложно было проснуться на часик пораньше и позвонить?
Мартинес была почти наверняка уверена, что сразу после у неё не будет никакого желания говорить, а будет только желание убивать. Ничего хорошего на предстоящей встрече она не ожидала услышать. Потому что ничего хорошего Фрост отродясь не говорил. Возможно, таково было противопоказание его лечащего врача. Мол, дорогой Джейсон, если скажешь людям что-то доброе и приятное, то у тебя сразу язык отсохнет. А ещё рука. А ещё… не, не, не, чувак, тебе этого лучше не знать, просто следуй моему рецепту, и будет тебе счастье.
Сука ты, врач.
– Фрост, лапушка, я, кстати, тоже безумно рада тебя видеть, – Мартинес высунулась из-за спины Криса и помахала лапкой в приветственном жесте. Радости в голосе было ровно столько же, сколько у человека, прикованного к зубодробильному креслу. Габи слегка покоробило то, что её за пунктуальность никто не похвалил. Девушка насупилась, и подперла собой дверь, готовясь практиковаться во сне с открытыми глазами. Планёрки всегда вводили её в состояние сонного транса.
[AVA]http://savepic.ru/8908170.png[/AVA][SGN]«Чтобы спасти наш народ, надо им пожертвовать». ©[/SGN]
Как человек, склонный к излишней предусмотрительности, Фрост имел крайне рациональную привычку подвергать критическому сомнению почти все стороны бытия. Но существовала на свете одна истина, в которой сомневаться не приходилось даже ему: если когда-нибудь, случайно прогуливаясь мимо центрального офиса АНБ, Джейсон случайно поймает головой вражеский кирпич, то первой, кто станцует на его могиле зажигательную качучу, распевая во всё горло «Hasta siempre, Comandante», будет именно Мартинес. Фроста такое отношение не расстраивало. «Oderint, dum metuant», как любил говорить один мёртвый римский император; но мёртвым он был вовсе не поэтому.
— Eres muy linda, neña*, — неулыбчиво поприветствовал девушку Фрост. Футболку он оценил. — Уже успела поздравить нашего Роберта Моррриса с его боевым крещением?
Поставив пепельницу на стол в глубине тесной комнаты, заставленной мудрёной техникой, Джейсон перевёл заинтересованный взгляд на Корвиса. Ползать по сетям АНБ — невинное развлечение. Подобным, случается, балуются и излишне одарённые (или лишённые личной жизни) подростки. Вторгнуться в святая святых оборонной машины США, уведя из-под носа пилотов разведывательно-ударный БПЛА стоимостью во многие десятки миллионов дохлых президентов — это уже достижение, которым не стыдно украсить своё резюме.
— Я надеюсь, ты продолжишь разочаровывать меня, Крис. Я очень рассчитываю на твою пунктуальность сегодня.
Выглядел хакер не ахти как. На скромный вкус Фроста, выглядел он так всегда; но сейчас бледная физиономия Корвиса, обычно осенённая лёгким ореолом юродивой долбанутости, излучала непривычную хмурость. Джейсон мог только предполагать, какие далёкие от жизнерадостности мысли роились у него в голове. Надо отдать Корвису должное: он проявил похвальное прилежание, изучая данные дешифровки, которые добыл для него Джейсон. Задать вопрос, зачем всё это, Крис так и не рискнул. Не догадываться не мог. И, похоже, переживал муки морального выбора пополам с запоздалым раскаянием. Интересно, подумал Фрост с основательным любопытством профессионального патологоанатома, что именно так бередило ему душу: обыкновенный страх за собственную шкуру, нежелание подставляться и брать на себя ответственность; или неожиданно проклюнувшаяся жалость по отношению к неизвестным жертвам грядущего фейерверка?
— Сейчас девятнадцать-ноль-восемь, — решив, что и так потратил достаточно времени, скучным протокольным тоном сообщил Джейсон, — в двадцать-пятнадцатьсо стороны Бронкса пойдёт на посадку танкер с гелием. В том же воздушном коридоре окажется приписанный к части Форт-Драм дрон, — «Vulture M-11», гордость военно-авиационной промышленности, несущий до четырёх ракет «Firework» с модернизированной системой наведения, — салют в честь несостоятельности спецслужб выйдет поистине ошеломительным. Такого зрелища и на праздничном параде 4-го июля не увидишь, а уж бюджеты мероприятий просто не сопоставимые. На лице Джейсона отразилось созерцательное удовольствие. — Мне очень хочется увести эту птичку и с её помощью сделать так, чтобы танкер разлетелся в куски на подлёте к аэродрому. Этим мы с тобой и займёмся, Крис. — Фрост прислонился к столешнице. Сложил руки на груди. — А вас, мисс Мартинес, ждёт увлекательная экскурсия на студию. Рей уже получил инструкции, но я повторю. Возле студии встретитесь с одним человеком. Он проведёт вас внутрь здания и проследит, чтобы охрана не чухнулась раньше времени. Ждёте сигнала и начинаете развлекаться. И чем больше убитых горем семей сотрудников телеканала получат от правительства траурные открытки с соболезнованиями, тем лучше. А вот смываться вам нужно будет через канализацию, — Фрост усмехнулся, — в буквальном смысле. Придётся немного помесить ногами дерьмо, поэтому каблуки надевать не советую. Вниз вас проводят, дальше сами. — Джейсон прищёлкнул языком. — Ах да: чтобы наши друзья из АНБ не успели переиграть вас в пятнашки, устройте им горячий приём. Возле здания припаркованы несколько тачек с сюрпризом. Бомбы взрываются по команде с мобильного телефона. Рей в курсе.
Хлопнув в ладони и потерев их одна о другую, Фрост выжидательно посмотрел сначала на Корвиса, затем на Мартинес.
— Вопросы?
______________________________
*Ты очень красивая, малыш.
Назревшее предположение оказалось чертовски верным, и, в общем-то, не особо удивило Корвиса - какой смысл заморачиваться с получением дохрена засекреченной информации, если не планируешь большой пиздец? А теперь этот пиздец принял вполне видимую форму, и в то же время, несмотря на его ожидаемость, Крис почувствовал, что его накрыло коротким неприятным ахуем. Причина его была в собственном отношении к распланированному Фростом плевку в рожу государству. Еще три года назад он знал, на что шел. Не в таких подробностях, но с ясным представлением, сколько крови на руках людей, в чьи ряды он сдуру влез. И что когда-нибудь уже от его рук пострадает не только чье-то самолюбие и жизненное благополучие.
Корвис столкнулся с этим достаточно быстро: он сливал компромат, и чья-то жизнь благополучно летела ко всем чертям; находил облажавшихся повстанцев и сдавал их Фросту, догадываясь, что тем приходил скоропостижный пиздец. Он много чего натворил за эти три года среди повстанцев и не только, но всякий раз его участие было косвенным, а сейчас он оказался лицом к лицу с необходимостью теперь уже сделать все самому. Запачкаться еще сильнее.
Джейсон не сказал и не сделал ничего нового. Он убивал сам, делал это чужими руками, и сегодняшнее представление ничем не выделяется среди череды ему подобных. То же самое было с Габи, с ним самим. И все-таки ощущал себя Корвис на редкость мерзко. Он перевел хмурый взгляд на Габриэлу – едва ли ее мучали такие же терзания.
Крис глубоко вдохнул, мысленно отсекая все ненужное и отвлекающее вместе с повизгиваниями своей придавленной морали, и вернулся к недавним размышлениям. Отчасти Фрост развеял его сомнения, когда озвучил план отхода – хотя бы тем, что это план вообще был. Правда, Крис со своей дотошностью проверил бы каждый тоннель, удостоверившись, что через них действительно можно пройти, а Джейсон, очевидно, перевалил эту задачу на непосредственных участников забега по говну. Хватило ли им ума озаботиться дополнительным бонусом к сохранности своей шкуры, Корвис в душе не ведал, зато прекрасно знал, что в голове Мартинес сейчас по очереди транслируется решительное «Похуй» и «Живем один раз».
- Об этом я и хотел поговорить, - игнорируя вопрос Фроста и обращаясь к Габи, произнес Крис. – Но раз все схвачено, то в этом нет необходимости, - он порылся в сумке и вытащил прихваченное из дома переговорное устройство. Вложил его в руку Габи, - я хочу, чтобы ты была на связи во время своей прогулки по дерьму.
Он коротко усмехнулся и, предупреждая возможную реакцию Мартинес, добавил:
- Про репортаж с места событий потом пошутишь – когда вернешься.
Когда Мартинес ушла, Корвис машинально глянул на наручные часы. Потом посмотрел на Фроста:
- Ну давай уведем эту птичку, - ровно произнес он. Сбросил куртку и вытащил свой ноутбук, положив его на стол. Уничтожить танкер можно было и по-другому: использовать в качестве разрушительной силы сам беспилотник, заглушив сигнал GPS ложным, но это было бы слишком просто. Такой маневр показал бы, что повстанцы расстарались и увели хренов дрон сторонними средствами, а Фрост хотел дать понять, что они могут контролировать его изнутри. Один или несколько…
Приподняв очки, Крис потер пальцами переносицу. Потянулся к куртке и достал из кармана сигареты, понимая, что они не особо помогут в достижении гребаного дзена. Нетронутая пачка легла рядом с ноутбуком, а сам Корвис сел за стол, целиком погружаясь в работу, итогом которой станет многомиллионный ущерб государству и несколько человеческих жизней.
После того, как он подключился к дрону, Крис вывел на дополнительные мониторы сигнал с видеокамер беспилотника. Пока его манипуляции ограничились перехватом траффика. Этого было бы достаточно, если бы целью Фроста было гребаное селфи с военного боевого дрона, но поскольку в дальнейшей программе был намечен фейерверк, Корвис выжидал – когда беспилотник окажется достаточно близко, к танкеру, чтобы его не успели сбить. Тогда он переведет военных в разряд телезрителей, перехватит управление, и в их руках окажется дорогая и смертоносная игрушка.
[AVA]http://savepic.su/7094406.jpg[/AVA]
[AVA]http://savepic.ru/8908170.png[/AVA][SGN]«Чтобы спасти наш народ, надо им пожертвовать». ©[/SGN]
В кругу тех немногих приближённых, кому выпала удача пользоваться доверием лидера террористов, каждый имел право голоса и шанс быть услышанным. Но в минуты вроде этой, когда курки уже взведены и фигуры расставлены на шахматной доске, Джейсон проявлял уничтожающую нетерпимость к любому, кто рисковал стать помехой на его пути. И разве можно иначе, когда ставки так высоки? Фрост всё так же стоял в у стола, поглядывая исподлобья на Криса, словно ждал чего-то. Шутка про «боевое крещение», как это водится, содержала горькую долю правды. Джейсону важно было знать, где пролегает тот незримый предел моральной выносливости Криса, переступить через который он уже не отважится. И если бы Корвис сейчас заартачился, то лишился бы того самого пресловутого кредита доверия. Предельно дерьмовая перспектива, потому что иных причин прощать ему фатальный инфантилизм в принятии решений у Фроста не было. Глупости он не выносил. Трусости — тоже. Но больше всего порицал слабость и безответственность. Слабость надо пресекать, слабый подводит под плаху остальных членов команды; и Джейсон смотрел на Криса так, будто тот занёс ногу над пропастью. Шагнёт или отступит?
Но — миновало. Крис так и не нашёл в себе смелости возразить. Оставалось только догадываться, какие иллюзорные аргументы ему пришлось положить на чашу весов, чтобы заглушить голос некстати пробудившейся совести. Отвернувшись к окну, Джейсон одобрительно промолчал, когда Корвис передал девушке рацию. С помощью Морриса Фрост успел изучить план подземных коммуникаций; однако предусмотрительность никогда не бывает излишней.
В присутствии Мартинес даже тишина всегда звучала как-то иначе. Вероятно, Корвису было бы легче, останься она тут, — сестру Рея можно было упрекнуть в чём угодно, начиная с неумения держать язык за зубами и завершая отсутствием элементарного вкуса в формировании гардероба; но умение не терять боевого духа в любой ситуации и поддерживать его в других было её несомненным достоинством. Девушка ушла, и комнату наполнило неприятное, напряжённое вязкое молчание. Хакеру, похоже, всё ещё было не по себе; но травить ему душу пытливыми беседами было недосуг, а в ободрении он не нуждался — только не сейчас и только не от Джейсона. Пока Крис колдовал с ноутбуком, Фрост занялся проверкой оборудования. Запись должна пройти идеально, на дополнительный дубли рассчитывать не приходилось. Закончив инспектировать технику, Фрост взял стул и сел рядом с Корвисом, лицом к спинке, время от времени переводя взгляд с экрана ноутбука на мониторы, отражавшие всё, что попадало в поле зрение бортовой камеры дрона.
Потянулись мучительные минуты ожидания. Обманчивая умиротворённость Фроста резко контрастировала с горячо блестевшими глазами, жадно поглощавшими холодное мерцание дисплея. Силуэт склонившегося над столом хакера остался где-то на периферии восприятия реальности, превратившись в смазанный призрак. Упорядоченный поток мыслей, по кругу, снова и снова, — Фрост не раз и не два представлял себе события этого вечера, в мельчайших подробностях обдумывая каждую деталь. Что будет с дроном после устроенного им шоу, Джейсона не волновало. Вероятнее всего, сбитая с курса машина, лишившись связи с наземной станцией, отправится на запасной аэродром. Фрост не собирался этому мешать. Он умел возвращать одолженное.
Дальше откладывать было нельзя. Подождав, пока Корвис осуществит захват управления, Фрост кивком дал ему знак продолжать работу, — самое сложное ещё впереди.
— Иди на сближение, — чуть подавшись вперёд, Джейсон облизнул внезапно пересохшие губы. Пространство схлопнулось, сузившись до мозаики пикселей на экране. Время замедлилось, растянулось и сделало резкий скачок. С этого момента мозг Джейсона и разум Корвиса словно вступили в странный симбиоз, став частями единого целого. Крис способен был «объясниться» с хитрой машиной на её программном языке, но координировать его действия, управляя манёврами дрона, приходилось Джейсону. Голос Фроста звучал тихо, но отчётливо, как падающие капли воды. Пальцы хакера порхали над клавиатурой. Фрост неотрывно следил за меняющимися данными навигационного интерфейса. Тепловой след, оставляемый танкером, предательски отражался на окружности сканирования, идентифицируя цель «Стервятника». Оставалось навести ракету на последнем участке траектории. Мгновение, почудившееся вечностью, перед тем, как координатор головки передал сигнал захвата в прицельное устройство. Готово.
— Запускай, — коротко скомандовал Джейсон. Собственные слова донеслись до его него приглушённо, будто сквозь ватное облако.
Множество раз отражённая мониторами вспышка расцвела ослепительным белым пятном на фоне перевёрнутого купола неба. Отпечаталась в памяти, как раскалённый негатив. Где-то там, на расстоянии многих миль от студии, погрузившейся в могильную тишину, в одну секунду оборвались несколько человеческих жизней.
Пока еще невидимая с земли рабочая межпланетная лошадка пошла на снижение, быстро меняя эшелоны, а в опасной близости, такой же невидимый и обманчиво подконтрольный маневрировал «Стервятник», готовый мертвой хваткой вцепиться в свою добычу. Корвис неотрывно следил за перемещением обоих объектов, и в нужный момент отрубил военным контроль над беспилотником, подозревая, какой фонтан паники разразился вслед за его действом.
Он догадывался, что в ту же секунду побледневшие военные по тревоге поднимают сверхскоростные истребители или задают новый курс болтающимся рядом дронам, чтобы сбить его, если за те считанные минуты, пока на место предстоящей трагедии слетается средства нейтрализации угрозы, они не смогут вернуть управление.
Не успеют – все рассчитано с точностью до нескольких секунд. До сознания Криса долетали короткие команды Фроста, координировавшего процесс, и находили свое воплощение в дальнейшем «разговоре» Корвиса с находящейся воздухе военной машиной. Корвис коротко глянул на Фроста и увидел в его глазах азарт и непоколебимую решимость довести дело до конца. Когда он только услышал о предстоящем деле, то ясно осознал, что у него нет возможности отказаться. Сейчас и подавно. Промедли он, и изголодавшийся до крови и еще больше – до наглядной демонстрации своей власти, Джейсон попросту пристрелил бы его, сам продолжив дело.
Послушный Корвису «Стервятник» изменил курс, выходя на свою цель. Его радары засекли снижающийся танкер в зоне поражения. Продвинутая военная машина без труда захватила цель и вела ее, готовая в любой момент превратить танкер в груду горящих обломков. Должно быть, военные из числа тех, кто наблюдал за вышедшим из-под контроля беспилотником, переживали сейчас очень дрянные секунды своей жизни: видя его цель и осознавая свою беспомощность вместе с невозможностью что-то изменить.
Без сомнений, и экипаж танкера, и диспетчеры аэродома тоже засекли заплутавший военный дрон, но едва ли кто-то из них мог предположить грядущую развязку. Последняя команда Джейсона эхом отдалась в сознании Криса. Он все-таки помедлил. Секунду, не больше, а потом все такой же послушный беспилотник выпустил ракету с тепловым наведением. Через несколько мгновений экраны озарились красочным взрывом, а Корвиса накрыло непрошибаемой, тяжелой тишиной. Если Фрост сейчас что-то сказал бы ему, едва ли он смог бы услышать. С завершением дела, когда все лишние процессы, как у хорошо отлаженной машины, были отключены, в голове Криса в неравном бое схлестнулись его старая подруга логика и эмоции от содеянного. Логика не раз козлила ему, заставляя видеть и придумывать несуществующее, но сейчас приняла его сторону, с пугающей правдивостью убеждая, что Корвис и прежде становился причиной чьей-то смерти. Пускай косвенно. Так какой смысл устраивать моральные метания сейчас, если ничего существенно не изменилось? Разве что число жертв и ущерб государству. И вместе с пониманием и даже принятием таких выводов Крис чувствовал себя попросту гадко. Пожалуй, как никогда за все время своей работы на Фроста.
Он перевел взгляд на дисплей ноутбука. «Стервятник» все еще шел заданным курсом в никуда. Не глядя на Джейсона, Корвис ввел новые координаты: беспилотник заложил маневр разворота, его внешние камеры еще раз выхватили горящие обломки танкера. Дрон сделал небольшой круг над местом крушения и пошел на резкое снижение, быстро проваливаясь в неконтролируемый штопор. Последними кадрами захваченной картинки мелькнула стремительно приближающаяся земля и всполохи пламени, и несколькими мгновениями позже навигационный интерфейс оповестил, что контроль над беспилотником потерян. Экраны с выведенным сигналом видеокамер подернулись белым шумом - таким же, что сейчас царил в голове Корвиса - а после его сменила аналогичная надпись о его потере. «Стервятник» разбился о пораженную им же цель.
Был ли смысл в таком своевольном маневре? Возможно, и был – так военным будет сложнее узнать, при помощи какой уязвимости хакеру удалось перехватить контроль над их дорогостоящим детищем. Но больше желания скрыть свои лазейки Крис чувствовал необходимость выплеснуть весь тот хренов пиздец, что метался в его душе. И он это сделал – разъебав беспилотник. Корвис потянулся к лежащей рядом пачке. Вытащил сигарету и закурил.
[AVA]http://savepic.su/7094406.jpg[/AVA]
[AVA]http://savepic.ru/8908170.png[/AVA][SGN]«Чтобы спасти наш народ, надо им пожертвовать». ©[/SGN]
Не мигая и, кажется, не дыша, лидер повстанцев поднялся со стула и подошёл к окну. Отодвинул штору. Брюхо облаков на горизонте подпалили два заката: свет засыпавшего светила сливался с вспышками далёкого взрыва.
Если для Криса и экипажа погибшего танкера всё закончилось секундой назад, то Фрост всё ещё ощущал, как пружина времени медленно расправляет свои змеиные кольца, позволяя ещё раз прокрутить хронометраж событий и разглядеть каждое мгновение изолированным кадром. В комнате по-прежнему стояла такая удушающая, беспросветная тишина, словно они находились не на огромной высоте, какую одолеет не всякая птица, а глубоко под землёй, похороненные под километровыми толщами пород. И в этой тишине Джейсон продолжал слышать пронзительный свист падающего в крутом штопоре дрона. Видел обломки раскалённого днища подбитого танкера, роняющего жгучие капли расплавленного металла — то ослепительно белые, то разгорающиеся алым, точно крохотные звёзды; видел, как так же плавятся и горят в огне тела мёртвых пилотов. Обугленные черепа с дымящимися глазницами и оползающим кружевом почерневшей кожи смотрели с немым осуждением; но мёртвые молчат, они не могут мстить, не способны держать в руках оружие, и страшиться их ни к чему.
Джейсон улыбнулся своему бледному отражению в стекле, испытывая глубокое удовлетворение.
Он это сделал.
Они это сделали.
Уже позже, проходя мимо Корвиса, Фрост мимолётно похлопал его по спине.
— Ты молодец, — похвалил он хакера. — Отлично сработал.
Возможно, для Криса эти слова прозвучали как издёвка. Но Джейсон был абсолютно искренен. Больше всего он был благодарен Корвису за то, что тот нашёл в себе мужество совладать с собственными демонами. И хотя подавленный вид его мог навести на мысль о том, что в душе у хакера сейчас такое же дымящееся пепелище, что раскинулось на месте крушения танкера, сам Крис не обмолвился о произошедшем ни словом. Страх и здравомыслие часто ходят одними тропами; не имеет значения, почему Корвис сделал то, что сделал и что двигало им в тот момент, когда он дал «Стервятнику» команду выпустить ракету, со сверхзвуковой скоростью настигшую свою цель и одним махом превратившую кусок государственной собственности в мешанину из искорёженных механических внутренностей и останков человеческой плоти. Назад пути у него больше нет. От такого нельзя отмыться, нельзя забыть.
До начала второго акта оставалось совсем немного времени. Фросту и Корвису повезло: мест в партере им не досталось, но бельэтаж точно был за ними. Отсюда до здания телеканала рукой подать — стоит лишь выглянуть в окно, и можно увидеть плоскую крышу многоэтажки, ощерившуюся копьями антенн. Местоположение наблюдательного пункта — по совместительству импровизированной студии — было выбрано крайне удачно. Главное, достаточно высоко и достаточно близко, чтобы перебить чужой сигнал.
Невозмутимой собранностью Джейсона, успевшей стать притчей во языцах, сегодня можно было вколачивать бетонные сваи.
— Выходим в эфир через пять минут, — сообщил он, занимая место перед камерой. — Помоги мне.
Многого от Корвиса не требовалось: мониторить, следить, сообщить, если что-то вдруг пойдёт не так, а ещё лучше — не допустить этого. И молчать. Свою «минуту славы» он уже получил.
— Когда запись закончится, свяжешься с Мартинес, — люди Джейсона уже должны были начать штурм, обещавший скоропотсижно перетечь в кровавую бойню. Даже без прямого приказа жалеть они никого не станут — оставлять свидетелей не в их интересах.
Фрост чуть крутанулся на стуле. Дымные пряди от раскуренной сигареты в руке Корвиса служили гармоничным штрихом, завершавшим портрет воплощённой безнадёги. Хотя выдавала Криса не столько печать вселенской грусти на бледном челе, сколько нехарактерное и потому особенно симптоматичное молчание.
— Не бери на себя слишком много, договорились? — как бы вскользь бросил Джейсон, снова повернувшись к камере и краем глаза цепляясь за фигуру хакера. — Что-то подобное всё равно должно было случиться. С тобой или без тебя.
Фрост не пытался изобразить сочувствие. Сочувствовать здесь нечему: Криса никто ни к чему не принуждал.
Джейсон лишь хотел, чтобы Корвис понял: сделанный им выбор — не худший из возможных.
А вот люди, которые под чутким руководством террористов в эту самую минуту захлёбываются своей кровью в здании через дорогу, выбор сделали неверный.
После пары затяжек в оглушительной тишине мир не стал лучше, а его восприятие – легче. Корвис все еще чувствовал себя на редкость паскудно, а в нескольких милях отсюда все еще догорала сплавленная от взрыва груда обломков сбитого танкера и военного дрона. Крис на секунду закрыл глаза и потер пальцами переносицу под очками. Единственное, что он мог сейчас сам для себя сделать – это отключиться от происходящего. Заставить себя, чтобы не завалить дальнейшее дело. И направляя мысли в эту сторону, Корвис думал не о трансляции, где тоже могли понадобиться его умения, если анбшники решат отрубить их прежде, чем отсюда закончится трансляция. Он подумал о Мартинес, которая наверняка уже залезла в пиздец, исполняя свой идеологический или черт его знает какой долг, и тенью внутри черепной коробки прошелестела мысль, что она сейчас нагружает судмедэкспертов работой, делая это с ясной головой и холодным сердцем. И едва ли понимание этого как-то сказалось на его к ней отношении. Так стоило ли выносить мозг себе, если все это уже давно подступало к Корвису, вызывая разную степень принятия, а сейчас окончательно захлестнуло с головой?
На какое-то время он снова выпал из реальности. Крис никак не отреагировал на слова Фроста. Смял в пепельнице докуренную сигарету и вернул свое внимание в ноутбук, безвозвратно удаляя весь связанный со взаимодействием с дроном софт. После нехитрых манипуляций в девайсе не осталось ничего указывающего, что с этого, ничем не примечательного среди своих сородичей макбука запустили ракету, превратившую дорогостоящий танкер в покореженное железо с кучкой трупов. Чистая и никак не затронутая содеянным система, чего никак нельзя было сказать о сознании Корвиса, несмотря на тщетные попытки договориться с собственным мозгом.
Закончив с своим ноубуком, Крис захлопнул крышку и пододвинул к себе другой, отвечающий за вторую часть революционной развлекательной программы. Интерфейс простенькой программы исправно информировал о связи с телевизионным ретранслятором. Одна команда – и американцы вместо выпуска новостей на частоте канала CNN получат сомнительное счастье наблюдать Фроста.
Почти бескровно – не считая бойни на студии. Корвис малодушно не думал об этой части плана, о причинах. Погасить сигнал и вклиниться в трансляцию можно было и без кровопролития в здании телеканала. Оно вообще не играло почти никакой роли в технической составляющей плана, и разделяло тот же посыл, что и уничтожение танкера – потому что повстанцы могли это сделать. Устрашение путем вырезания продажных работников СМИ.
Услышав время до выхода в эфир, Корвис машинально прикурил еще одну сигарету, чтобы заполнить ей эти несчастные пять минут. Он выпустил в сеть CNN еще вирус, цепной реакцией активирующий всю ту дрянь, что хакер отправил туда раньше. В хорошо просматриваемом отсюда здании должны были начаться «технические неполадки», которые вполне могли остаться немного незамеченными, потому что парой минут раньше туда нагрянули вооруженные террористы и пропавший сигнал был последним, что беспокоило оставшихся в живых там людей.
Последняя фраза Джейсона все-таки достучалась до самоустранившегося сознания Криса. Он пристально посмотрел на Фроста, и его губы тронула кривая усмешка.
- Если бы это «подобное» случилось без меня, мне было бы глубоко похуй, - спокойно отозвался Корвис.
Чертовски остро ощущалась почти физическая потребность залить контуженное душевное равновесие терапевтической дозой вискаря, а для этого ему нужна была Мартинес. И Крис очень надеялся, что задолжавшая ему бутылку «Джека» Габи потрудиться вылезти живой из говенных катакомб, чтобы с ним же ее и распить.
[AVA]http://savepic.su/7094406.jpg[/AVA]
Вы здесь » INTERSTELLAR » constellation » (27.04.2278) Bullet # 1 - Helium-3
