Последние несколько дней однообразием распорядка чем-то походили на титановские будни, но разительно отличались содержанием – Алекс больше не чувствовал, что доживает. Он жил, по-настоящему, прямо сейчас, радуясь каким-то мелочам, которых еще не замечал еще вчера, которые его попросту пугали. Он заново обретал уверенность в будущем – в том, что оно вообще возможно. Едва ли он мог сам заметить существенные изменения в своей личности – Алекс понимал это через реакцию Тома, когда все чаще видел в его глазах узнавание прежнего себя.
На работу Фрост шел со светлыми мыслями, из его головы выветрилась навязчивая идея, что его морда как магнитом притягивала полицейский, а те норовили выдать ему билет обратно в радиационную дыру. Люди вокруг были обыкновенные людьми, никто не тыкал обличительно пальцем, что это тот сбежавший зек. В нем мало что выдавало бывшего смертника, а окружающие были настолько же доброжелательны, насколько им было все равно на чужих им.
Слышанный лишь однажды, но все-таки знакомый голос настиг Алекса на половине пути в бар. Он замедлил шаг и с застывшим на лице недоумением обернулся. И, конечно же, увидел Джейсона, с напускной беспечностью высунувшегося из окна побитой жизнью и временем машины. Глядя на брата, он испытывал странное чувство – в глубине души он все еще допускал, что в словах старшего Фроста могла быть доля истины, которую ни знали ни Хейз, ни Мартинес, но до которой упорно старался достучаться его брат.
Где-то в глубине вспыхнула досадливая злость от осознания необходимости заново, уже в более адекватной форме прояснить то, что осталось недосказанным в бостонской квартире. В отличие от яркого, кипучего негодования Тома, направленного в адрес Джейсона, сейчас Алекс ничего подобного не чувствовал. Это было слишком просто – обвинить его во всех грехах и, поджав хвост, забиться в угол в истерике, как он и сделал сразу после побега.
С той поры мозги у младшего Фроста прояснились, а в сознании сформировался собственный выбор, который ему сейчас, по-видимому, стоило донести до старшего брата, если, конечно, тот не объявился здесь озаботиться его душевным равновесием. Его губы тронула легкая понимающая улыбка, когда он встретился взглядом с Джейсоном.
- Надо, - спокойно согласился Алекс. Он молча сошел с тротуара и, обойдя допотопное средство передвижения, сел в машину.
Прежде, чем снова заговорить он молча посмотрел на брата. В его состоянии - брата больше по просочившейся из прошлой жизни скудной информации, нежели по внутреннему ощущению. Рядом с ним сидел совершенно чужой человек, рискнувшей из-за него собственной шкурой. И вместе с тем ему на удивление легко было реагировать на него, словно под покровом амнезии оживали некие, прочно вросшие в его личность механизмы.
- Прости, что свалил без предупреждения, - продолжил Фрост. – Надо было подумать, как жить с такой дырой в голове.
Он еле заметно усмехнулся, повернул голову в сторону брата, гадая, какие мотивы заставили того разыскать младшего беглеца.