Britt Murphy 
Имя: Бритт Мёрфи | Внешность: Stacey Mcmahon |
Так, ну начать, пожалуй, нужно с того, что родилась девочка в форменной дыре под названием Йеллоунайф, что на северо-западе Канады.
Пропустив вперед себя старшую сестру, Бритт уверенно шла по жизни вторым номером, не рвалась в лидеры, не плелась в хвосте. И вовсе не потому, что была забитой тихоней или закомплексованным ребенком, лишенным амбиций. Просто в отличии от Клэр, которая откровенно тосковала в маленьком городишке, не зная куда выплеснуть свою бьющую через край энергию, уравновешенную и обстоятельную Бритт, вполне устраивала эта размеренная, патриархальная жизнь, подчиненная устоявшемуся столетиями укладу.
В школе училась с удовольствием, в свободное время рисовала, тусила с друзьями, влюблялась и строила планы на будущее.
Веселый, открытый характер Бритт позволял ей легко устанавливать контакты, заводить дружбу, вот только с парнями никак не ладилось. Казалось бы, внешние данные должны были обеспечить высокой блондинке с отличной фигурой успех у противоположного пола, но Бритт совершенно не умела всем этим пользоваться. С мужчинами она держалась без всякого кокетства, по-дружески, так, как вела бы себя с братом или хорошим приятелем и это сбивала их с толку. По рассказам, все ее подружки давным-давно растеряли свою девичью честь по кустам и на заднем сиденье автомобиля, а на счету Бритт был один-единственный поцелуй, да и тот, полученный при игре в "бутылочку". Возможно, Клэр, будь у них более доверительные отношения, могла бы что-то посоветовать младшей сестренке, но как на грех, она упорхнула из отчего дома, а обсуждать свои интимные проблемы с посторонними Бритт стеснялась.
По окончании школьного образования встал вопрос о продолжении учебы. Ни одного мало-мальски приличного высшего учебного заведения поблизости не было, к тому же, Клэр, вернувшаяся по случаю какого-то семейного торжества, прожужжала все уши, что Йеллоунайф хорош только для таких закостенелых ретроградов, как их родители да конченных лузеров. А если Бритт хочет чего-то добиться в жизни, то настала пора собирать вещички и уносить отсюда жопу.
Бритт уехала и поступила в один из колледжей (по результатам вступительных экзаменов ее приняли по программе бесплатного обучения) в Торонто. Вот тут-то ее жизнь и развернулась на 180°. Молодой человек, отношения с которым у Бритт переросли в нечто большее, чем просто дружба, увлеченно занимался каратэ и девушка, поначалу, смеха ради, стала ходить с ним на занятия. Постепенно, простой интерес превратился в страсть, затем - в любимое занятие. Но кроме этого, парень занимал очень активную политическую позицию, он таскал Бритт на митинги, устраиваемые противниками усиливающегося диктата Америки. Она слушала как с трибун несутся призывы противостоять нарастающей мощи Западно-Атлантического Союза в ущерб странам по ту сторону Атлантики.
Митинги разгоняли, на активистов охотилась полиция, тех, кто от слов переходил к делу и вступал в отряды повстанцев точили зуб службы национальной безопасности.
Нельзя точно сказать, когда Бритт отнеслась к этой идее всерьез. По сути, все происходило постепенно, и до определенного момента почти незаметно. Молодой человек оказался причастных к теракту и хотя, из-за недостаточной проработки деталей, он оказался неудачным, многих из соратников Бритт арестовали (в том числе и ее молодого человека), а сама она попала в черный список местной полиции.
После колледжа, Бритт отправилась и осела в Нью-Йорке. Здесь началась ее карьера на ниве профессионального спорта. Живет вроде бы тихо, не привлекая внимания, однако все еще продолжает искать следы своего бывшего молодого человека и не отказалась от идеи продолжить повстанческую деятельность.
Очень открытая, дружелюбная, но при этом личность устойчивая, целостная и глубокая. Она не разменивается по мелочам, чего бы это не касалось, ко всему относится серьезно, порой излишне щепетильна. Упряма и добиться от нее уступок очень сложно. Впрочем такая бескомпромиссность не означает, что Бритт напориста или груба, совсем нет, многие часто принимают ее тактичность за недостаток силы характера, хотя , присмотревшись хорошенько, без спешки и вдумчиво, лидерские качества не заметить довольно трудно.
Не пьет, не курит, наркотики никогда не употребляла, вообще ведет здоровый образ жизни.
Не замужем, даже бой-френда не имеет, детей тоже нет.
Высокая кареглазая блондинка. Как гончая поджара, мускулистые руки и ноги, накачанный пресс.
Затекла рука и все тело, скованное одеждой, словно пеленками. Собственно это и стало причиной пробуждения Ванды. И еще откуда-то по ногам безбожно тянуло холодом и отвратительно воняло дымом. Кое-как вытянув из - под себя бесчувственную руку, Ванда повернулась на спину и открыла глаза. Она не выругалась, не заорала благим матом, не улыбнулась, как это показывают в кино, когда героиня вдруг просыпается, а вокруг кошмар, и она, картинно потягиваясь, беспечно произносит: «Ах, это просто сон, сейчас я закрою глазки, а когда открою их снова, то окажусь в своей мягкой постельке.» При всем желании повторить эту милую сценку, Ванда отдавала себе отчет в том, что не спит, а окружающая обстановка вовсе не ночной кошмар и не декорации из фильма-катастрофы. Первой мыслью, посетившей ее трезвую голову, была та, что вчерашний клиент (как его, Джон, Джек, Джеймс?) что-то ей вколол, пока она спала, затем отвез в эти жуткие развалины. Она боялась представить, что он мог предварительно с ней сделать, раз ему потребовалось, заметая следы, тащить ее через весь город и сбрасывать в эти катакомбы. Впрочем, ни о чем таком страшном тело не сигнализировало: ни боли, ни дискомфорта, ни пут на руках или ногах – ничего не было. Да и чувствовала она себя вполне нормально, если не считать затекшего от долгого сна в неудобной позе тела и першащего от дыма и гари горла. Осторожно, стараясь не делать резких движений и по возможности не шуметь, Ванда села и осмотрелась.
Не «Ритц» это точно. И не центр города. Да и не дом, собственно, пусть даже самый хиленький и заброшенный. То есть, когда-то это сооружение, разумеется, было домом, причем, весьма впечатляющих размеров, но сейчас превратилось в реальную развалюху. Одной стены, внешней, не было вовсе, еще от одной отвалился громадный кусок и, теперь вся арматура, устращающе топорщась толстыми стальными прутьями, бесстыдно повылезла наружу. Никаких окон и дверей, вместо них зияющие провалы, мебели нет, пол усыпан цементной крошкой, сгоревшими деревянными плитами, а ветер, беспрепятственно гуляющий по помещению, гоняет из угла в угол мусор вперемешку с хлопьями пепла. И тишина. Гробовая. Именно, не та приятная тишь загородных поселков, где за милю слышен звон колокола далекой церквушки, а мертвая тишина, глухая, вязкая, угнетающая своей глобальностью.
Снаружи было светло, почти как днем, только без солнца, но Ванде почему-то подумалось, что это не просто пасмурная погода, в воздухе витало что-то очень жуткое, настолько ужасное, что хотелось укрыться в надежном месте и подождать пока это странная действительность не обретет привычный вид. Каким-то внутренним чутьем, шестым-седьмым-восьмым чувством, она понимала, что эта жуть, липкая, как пот во время лихорадки и опасная, как раковые метастазы, не только скоро не закончится, а лишь началась.
Как не крути, нужно отсюда выбираться. Выбираться и идти искать людей, позвонить … Черт, позвонить! Ванда вспомнила, что у нее с собой мобильник. Схватив лежащий рядом клатч, дрожащим руками достала изящный слайдер ( тот богатый перец купил ей его вчера) и сдвинула крышку. Нулём - аппарат не подавал признаков жизни. Ей не пришло в голову повторить попытку, и без того было ясно, что связи здесь нет. Вот теперь настала пора действовать, решительно, но с предельной осторожностью, ведь не известно, что ее ждет за стенами этих развалин. Поднявшись на ноги и выбирая место для каждого шага, Ванда направилась к дверному проему. Сейчас - главное выбраться наружу и отыскать хоть кого-нибудь.
****
Связь: люблю почту.
сетевой электромобиль, способный передвигаться без участия водителя, так как оснащен системой полностью автономного вождения на основе ряда сенсоров и радаров, сканером радужной оболочки глаза вместо ключа зажигания, автоматической беспроводной зарядкой. Лазерная наружная оптика.
Цифровая настраиваемая приборка (она же экран мультимедиа) занимает всю ширину передней панели, лобовое стекло заменяет собой капот и крышу и вместило в себя перемычки передних дверей. Все двери открываются кверху.
Управление осуществляется посредством различных жестов для каждой функции, в том числе и отключение режима "автопилота": в этом случае управление перейдет в руки пилота, чью радужку ТС идентифицировало, как владельца.
Отредактировано Britt Murphy (2016-03-28 19:53:25)
