INTERSTELLAR

Объявление

Вниманию гостей: форум переведён в приватный режим. Приём новых игроков закрыт.
Подробности в ОБЪЯВЛЕНИИ.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » INTERSTELLAR » distant voices » (02.2275) Я знаю точно наперёд - сегодня кто-нибудь умрёт


(02.2275) Я знаю точно наперёд - сегодня кто-нибудь умрёт

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Я знаю точно наперёд – сегодня кто-нибудь умрёт

Cyrus Lake, Gabriela Martinez.

Дорога, захолустье, Флорида.

http://i76.fastpic.ru/big/2016/0322/85/f1c08ac21a4fed239a8e4b93f0035c85.jpg
Когда бог услышал молитвы и сделал всё наоборот.

0

2

Из всех способов передвижения Габи предпочитала автостоп. Не столько из любви к романтике дорог, сколько из врожденной скупости. Приятели предупреждали её, что такие путешествия по стране, которая первая придумала дорожного убийцу, могут закончиться весьма плачевным образом. На что Мартинес только отмахивалась, мол, лес я знаю, секс люблю, и, конечно же, самое любимое: «Где наша не пропадала!»
И вот сегодня все мрачные пророчества всё-таки сбылись. Озабоченный водитель легко отделался: разбитое лицо и сломанное запястье за серьёзные повреждения не считались. Сама Габи обзавелась несколькими ссадинами и синяком во всю жопу. Выходить из машины, до того, как та остановилась, была не лучшая из идей.
Машины слепили фарами, пронзительно гудели и вообще ехали не в ту сторону. Попуток практически не было, а те которые были, не горели желанием помочь девушке в беде. Девушка в беде грязно материлась им вслед и показывала неприличные жесты. Но даже это их не убеждало.
До заправки она добралась уже затемно. Продрогшая под проливным дождем, усталая и злющая, как престарелая феминистка. Сердитая заспанная официантка швырнула на стол заказ, и ушла за прилавок, смотреть повтор какого-то допотопного сериала. Мысль о том, что ей придется проторчать здесь всю ночь, была столь же тошнотворна, как кофе в картонном стаканчике и звуки мелодрамы, раздающиеся слева. Других посетителей не было. Мир казался пустынным, вымершим и безысходным. В тарелку с чем-то, похожим на рубленых слизней, упала муха и издохла, на прощание конвульсионно прожужжав нечто, очень похожее на похоронный марш.
– Господи, если ты меня слышишь, пошли в это Тобой забытое место хорошего доброго парня, – сложив ладошки в молитвенном жесте, попросила Габи. – Или хотя бы извращенца какого, лишь бы убраться отсюда поскорее. Обещаю, что тогда я буду передвигаться по стране только легальными способами, схожу в церковь и сведу ту самую татуировку…
Официантка услышала недовольное бормотание, и шикнула на Мартинес, нахально прервав её молитву. Господь, видимо, её тоже услышал и решил, что этого вполне достаточно для того, чтобы послать свой знак.
Послышался звук мотора, улица осветилась ярким светом фар, хлопнула дверь, мотор затих. Габи была готова поверить, что это её личный ангел-хранитель спустился с небес, дабы вытащить из этого чистилища. Дверные колокольчики звякнули, девушка бросила быстрый взгляд на своего будущего спасителя, и тут же отвернулась к окну, чтоб тот не узнал её.
«Господи, да Ты, блядь, шутишь! Именно так люди и теряют веру, запомни это хорошенько», – мысленно возмутилась она. Господь не шутил. В кафе действительно забрел мужчина её мечты. Правда, в своих мечтах она иногда скручивала из его кишок весёлых собачек и дарила их детям, а иногда – имела в запрещённых законом позах в далеком испанском лесу. В зависимости от того настроения, в котором Мартинес пребывала, получая редкие, пропитанные ядом и ненавистью сообщения от Лейка.
Сдвинув бейсболку на лоб, девушка заворожённо наблюдала за отражением «старого друга» в тёмном окне. Вот он проходит к официантке, бухтит на неё, вызывая встречный бурлящий поток агрессии – такой, какая может таиться только в юных девушках, которые по ночам честным трудом зарабатывают себе несколько лишних баксов на трусы и помаду. Она швыряет на прилавок прямоугольную коробочку (сигареты? презервативы? шоколад?), он расплачивается и уходит.
Противный звук дверных колокольчиков вывел Габи из оцепенения. Девушка резко вскочила, уронив стул и стаканчик с недопитым кофе, и бросилась следом за уходящим «ангелом-хранителем».
Да, их предыдущая встреча вылилась в пару сломанных рёбер и мозоль на таком месте, о каком приличные девочки вслух не говорят, но если она ещё хоть немного, хоть на минуту задержится в кафе и услышит хоть одну реплику из сериала,
(«– О, Хулио! – О, Маргарита!»)
то по этому захолустью пройдет волна жестоких, особо извращённых убийств.
Она выскочила на улицу, посмотрела по сторонам, увидела готовую уезжать машину.
«Нет. Ты не сделаешь этого. Просто постучи в окно и вежливо попроси подкинуть до ближайшего мотеля», – посоветовал внутренний голос. Мартинес его послушала и, как повелось, сделала всё наоборот.
– ЧУДОВИЩЕ! – во всю глотку заорала девушка, с размаху упала на капот машины и, не рассчитав сил, стукнулась головой об лобовое стекло.
Теперь главное было держаться покрепче. Потому что Лейк наверняка испугается, и наверняка вдарит по газам.

+3

3

Родственники существуют для того, чтобы любому взрослому самостоятельному человеку напомнить о его ничтожестве, бесполезности и косорукости. По-хорошему, можно стать совершенно от них независимым, лишь если в день восемнадцатилетия взять дело в свои руки. И топор - в них же.
И если с родителями Лейку удалось установить сносные отношения, лишь изредка превращающиеся в обоюдную пытку, то с сестрой было сложней.
Хрен бы с тем, что она бросила бокс, сошлась браком с женщиной, с которой у Сайруса была крепкая генитальная дружба, гоп-стопнула пару фондов донорского генетического материала (оставалось лишь надеяться, что фондов, а не подкараулила кого-то в подворотне, с неё же станется) и народила ораву детей, так она ещё и переехала в хренофлориду. Будто среди жоп мира не нашлось какой поближе.
В общем, отпуск вышел тот ещё. После такого впору брать ещё один, а то и два.
К его окончанию Сайрус узнал много нового. Теперь он знал, что перед тем, как зайти в комнату, кухню, сарай и так далее, необходимо громко откашляться, насвистеть имперский марш и постучать. Иначе будет неловко, чуть-чуть завидно и очень много сисек. Знал, как во время глубокого крепкого сна достоверно определить, что за тяжёлая хрень на него взгромоздилась: обнаглевший кот, познающий мир ясноглазый младенец с бритвой наперевес или хозяйственная сумка, полная кирпичей. И даже навострился, не просыпаясь, действовать сообразно определённому: кота спихнуть, младенца обезоружить, проверить целостность рук-ног-глаз и швырнуть в сторону любой из мамаш, а сумку сграбастать под голову и не отдавать, ибо нехуй. И совершенно точно знал: если его попросят починить ещё один сраный трактор, то он за себя не отвечает.
В общем, уезжал он с чувством глубокого облегчения. И быстро, очень быстро.
Путь был неблизкий, но это не напрягало. Километры наматывались на колёса, однообразные виды за окном, что в другой раз нагнали бы тоску, сейчас расслабляли. Музыка заполняла салон, но не требовала к себе особого внимания.
Днём прошёл дождь, тот самый, четверговый. Стоило ожидать внезапностей. Впрочем, Сайрус счёл, что его лимит сюрпризов на сегодня выбран, обнаружив в обеих сигаретных пачках выразительную пустоту. "Твой табак конфискован в пользу малоимущих многодетных представителей ЛГБТ", - обрадовало сообщение от Эдны.
"Такими темпами моя малоимущая многодетная ЛГБТ-сестра умрёт от рака лёгких. Или от гаечного ключа в черепе", - ответил Сайрус.
На следующее сообщение он и смотреть не стал. И без того знал, что там смайлики. Может, даже сердечки и поцелуйчики. Брр.
Из интереса и чувства смутной нехватки привычной лысины на пассажирском сидении он устроил себе мини-попытку бросить курить. С бесславным ожидаемым результатом: полный провал всего через пяток часов. Хорошо, что никто не был свидетелем этой странной затеи.
Впереди со вкрадчивой уместностью показалась придорожная забегаловка.
Сайрус ввалился в неё, ещё ощетинившийся во все стороны от избытка общения с людьми. Можно подумать, он в обычные дни был приятней.
- Сигареты, - для верности он ткнул пальцем в ту пачку, которую хотел. - И не зыркай так, лапушка, не переломишься.
На него посмотрели, как на говно. Пфф, эта девка, конечно, много о себе думала, но экскрементальные взгляды ей ещё тренировать и тренировать.
- Не желаете заказать кофе, чтобы я могла в него плюнуть? - буркнула она. - С прошлой чашки я как раз новую порцию накопила, для самых завзятых мудаков.
- Нет, спасибо, и иди на хрен, будь добра.
- И вам всего хорошего, мистер Жопорылый Суходроч.
- Да чтоб ты замуж за моего тёзку вышла, остроумная тут нашлась.
После столь вдохновляющего обмена любезностями Лейк выкатился наружу, провожаемый звоном колокольчиков и прожигающим взглядом.
Он вернулся в машину, но уже без того благостного умиротворения, в котором пребывал ранее. Зато с сигаретами. И в более привычном состоянии.
Пристегнувшись и зажав в зубах первую, самую сладкую сигарету, он собирался тронуться с места...
И тут случилось "УБЛЯ!"
Самое натуральное. Даже если бы лучшие философы и филологи мира собрали бы большой шабаш для обсуждения, каким термином назвать подобную ситуацию, они всё равно не смогли бы придумать более ёмкого слова. УБЛЯ! - и ничего кроме.
Мышцы сработали быстрей, чем мозг. Лишь ударив по газам и уже развив приличную скорость, Сайрус осознал, что произошло. Тупо моргнул, глядя на размазанную по стеклу Габриэлу-мать её-перемать-Мартинес. И тормознул так же резко, как тронулся.
С ожидаемым результатом.
Каждая встреча Лейка с Мартинес проверяла физику на прочность. А та в свою очередь проверяла их.
Даже пристёгнутого Сайруса неплохо так тряхнуло, а Габи вовсе снесло с капота. Если б не трещина на лобовом стекле и не кровавый след, можно было бы решить, что всё приглючилось. Но факт оставался фактом - Мартинес реально бросилась на капот, вопя что-то очень в своём духе. Ну дура же и очень Мартинес.
Специально для неё придумали термин (да-да, наравне с "УБЛЯ!") - синее самоубийство. Самое оно. И пусть без помощи полицейского, но близко к тому.
Сайрус вышел из машины и медленно подошёл к пострадавшей.
Они радостно калечили друг друга во время прошлой встречи, а в их переписке пожелания мучительной смерти встречались чаще, чем запятые. Но всерьёз гробить бедовую испанку Сайрусу не хотелось... Нет, хотелось, конечно, особенно когда он получал новую смску. Но это оставалось делом из очень долгого ящика.
- Эй! - позвал он, пытаясь рассмотреть лицо Мартинес под спутанными мокрыми волосами.
Всем известно, что жертв ДТП нельзя двигать, ведь неясно, что там у них с повреждениями. Но никто не запрещал на такую жертву ДТП наорать.
- Ты, бля, вообще думаешь?! Знаешь, это такое, когда голову напрягаешь, прикинь?! Психованная! Почему, мать вашу, всем водителям в лобовое влетают насекомые, птицы, олени, а мне - ёбнутая на всю голову идиотка?!
Только тут Сайрус вспомнил о раскуренной сигарете и прикончил её одной гигантской нервической затяжкой. Тут же полез за новой.
Руки дрожали. У него частенько в последние годы дрожали руки, это бесило.
Но тут хотя бы имелся повод. Он ведь едва не открыл новый олимпийский вид спорта - автомобильное швыряние на дальние дистанции.
- Дура тупая, - добавил Лейк почти спокойно. - Сигарету хочешь?[AVA]http://s8.hostingkartinok.com/uploads/images/2016/03/615f3c42f0ec6f5cc7a73b1277aba080.jpg[/AVA]

Отредактировано Cyrus Lake (2016-03-25 20:33:19)

+3

4

Сайрус отреагировал именно так, как и было задумано: перепугался до усрачки. Или просто был редкостной сволочью, которая на досуге любила сбивать девушек машиной. К сожалению, Габи достаточно узнала Лейка, чтобы склоняться ко второму варианту.
Держаться на гладком корпусе машины было решительно не за что. Ночную тишину разрезал восторженный визг, переросший в затихающий вопль: «Су-у-у-ка-а-а-а!»
Мудак вопль услышал, обиделся и затормозил. Какая досада, а ведь могли бы так до самого Вашингтона добраться. С задором, с ветерком, со звуковым сопровождением.
Законы инерции агрессивно возражали, предъявив свои права на Габи прежде, чем она успела сообразить, что произошло.
Мир закувыркался перед глазами, небо с землей несколько раз поменялись местами, что-то хрустнуло (в спине? в рюкзаке?), а затем всё встало на свои места. Звёздное небо кружилось перед глазами, в ушах шумела кровь. Где-то вдалеке печально заухала сова. Стрекотали цикады. Всё испортил Лейк. У этого дядьки вообще был изумительный талант всё портить. Испортил её сюрприз, настроение, даже звуки природы – и те пересрал.
Габи несильно пнула его в лодыжку, подняла вверх руку с оттопыренным средним пальцем и вяло огрызнулась:
– Потому что ты мудак, Лейк. Ты даже птицам не нравишься.
Сова согласно ухнула. Мартинес, кряхтя, матерясь и пошатываясь, поднялась на ноги. Правда, со второй попытки. Приложила руку к саднящему лбу и тут же, скривившись, отдернула, ощутив под пальцами тёплую липкую кровь. Мерзость. Что самое обидное – сама себя так. Как и всегда, самые серьёзные травмы Габи умудрялась наносить самостоятельно, без чужой помощи. Хотя от желающих помочь никогда не было отбоя. Один из таких доброжелателей как раз раздвоился. Девушка поморгала глазами, пытаясь вернуть чёткость изображения. Два Сайруса Лейка – перебор даже для её психики. Пошатнулась от резкого приступа головокружения, сделала полшага вперед и, чтобы не упасть в грязь лицом в буквальном смысле слова, крепко обняла старого знакомого. Не иначе как чудом выбрав материальную его версию.
– Я так скучала, – прохрипела она, с трудом удерживаясь от того, чтоб не наблевать ему в капюшон. Габи, конечно, порой действительно тошнило от людей, но нельзя же сразу переходить к таким крайностям в первые пять минут встречи.
– Дай сюда.
И не дожидаясь, пока Лейк сподобится угостить её куревом, цапнула у него из зубов уже зажжённую сигарету. Прям полный сервис. Габи могла порадоваться, если бы не знала наверняка: этот псих будет мстить за каждую оскорбившую его мелочь.
Никотин подействовал на организм благотворно. Головокружение прошло, в глазах перестало двоиться. Девушка похлопала Сайруса по плечу и отцепилась, решив притвориться, что не было никакой минутной слабости.
Наконец-то она смогла его как следует разглядеть. Несмотря на бьющий в глаза свет фар, увиденного было достаточно, чтобы подвести неутешительный итог:
– Хреново выглядишь. Ты женился или просто бухаешь по-чёрному?
Впрочем, на её памяти Лейк всегда выглядел либо хреново, либо зло, а иногда и то и другое вместе. Габи склонялась к мысли, что никакое другое агрегатное состояние ему попросту недоступно.
Снова зарядил противный ливень, скапливаясь в небольшие озерца за шиворотом. Мартинес поёжилась, повела плечами, с вожделением посмотрела на теплую, закрытую от дождя машину, единственный шанс добраться до тёплого, закрытого от дождя мотеля.
В голове роилась тысяча вопросов. Например: «Где ты потерял лысого пусечку?», «А ты всегда сбиваешь баб на дороге, или только я такая везучая?» и, самое главное: «Ты же в курсе, что в невесомости можно вырасти на несколько сантиметров?». Габи перебрала их все, и пришла к выводу, что их можно задать и по дороге, если будет настроение включить режим «баба в машине».
– Отвези меня в цивилизацию, пожалуйста, – смущённо потупилась она. Хотя вряд ли на Лейка действовали подобные приёмы. Тем более, тот наверняка знал, что Габи ни смущаться, ни тупиться не умеет. Только тупить.

+2

5

Вечер и раньше не был томным, но после встречи с Мартинес последние крохи томноватости растворились в суровой реальности, как бокал шампанского в бидоне нечистот.
- Я нравлюсь птицам. Просто у них есть мозги. А на тебя бы даже голодный зомби не польстился бы.
Бормоча нечто неразборчивое, но в злобном ключе, Сайрус пронаблюдал, как Габриэла поднимается. С души отлегло: серьёзных повреждений он этой дуре не нанёс. Ей, конечно, не помешал бы курс инъекций пропиздина, но всё же не в летальной дозировке. Лейк потёр руки, пытаясь унять судорогу. И без какого-либо предупреждения огрёб отягощение в виде крайне цепкой Габриэлы.
В первую секунду он подумал, что та собирается его удушить. Но вовремя понял, что происходит, и просто замер, по-джентльменски предоставляя точку опоры. А вот работала бы соображалка чуть помедленней, прописал бы кулаком под дых и ребром ладони в горло.
Эх, насколько было бы лучше, если б Мартинес действительно проводила удушающую атаку.
- Что, без переломов жизнь не мила? Скучала она, ну охереть теперь.
Новую сигарету Лейк зажигать не стал, смысл-то под начавшимся дождём. Раздражённо морщась от холодной мороси, он деловито принялся осматривать Мартинес. То, что она самостоятельно стояла и нарывалась, было не показателем, такая и с открытой черепно-мозговой травмой вполне могла бы бесить, как здоровенькая. А Сайрусу не улыбалось привезти в ближайший город труп. Э, не, для этого специальные машины есть.
Он оттянул Мартинес веко, проверил реакцию зрачка на свет, посветив фонариком. Оглядел кровоточащую рану на лбу - фигня, подживёт, если не до свадьбы (вряд ли есть в мире такие экстремалы), то до похорон уж точно. Хмыкнул на притаившегося в волосах жука, но говорить о нём не стал. В конце концов, он не следил за модными тенденциями, может, таскать на голове нечто огроменное и со жвалами - это сейчас последний писк.
- Сколько пальцев я показываю? - спросил Сайрус, продемонстрировав Габриэле два фака.
Результат выходил неутешительный: жить будет. Может, до очередного своего взбрыка. Может, до какого-нибудь взбешённого чувака, слишком вспыльчивого, чтоб мыслить здраво.
Второй результат, относящийся уже ко всей ситуации, был тоже не слишком приятен. А именно: Сайрус Лейк не настолько мудак, чтоб бросить в жопе мира - ночной жопе мира - сбитую им женщину, как бы она его ни бесила, и пофиг, что в жопу мира и на лобовое стекло его тачки она забралась самостоятельно. Соблазн, конечно, велик, но... нет.
Хреново.
- Садись, - Лейк махнул рукой в сторону пассажирской стороны. А сам принялся осматривать машину, прикидывая, насколько она пострадала от контакта с этой сумасшедшей. Надо сказать, гораздо более тщательно и заботливо осматривать.
Треснувшее стекло, пара царапин на капоте. Вроде и всё. При всей своей зловредности и плохой автомобильной карме Мартинес не успела сильно напортачить.
Перед тем, как сесть за руль, Сайрус ласково потрепал боковое зеркальце.
Его ничуть не радовала необходимость куда-то ехать в компании с испанкой, от которой никогда не знаешь, чего ждать, но определённо всего плохого. Хоть танк не нужно было искать, на том спасибо.
- Тебе повезло, я как раз еду к цивилизации, а не от неё. Как ты тут оказалась вообще? И... и серьёзно: нахера ты?.. а, я забыл, с кем разговариваю.
Лейк пристегнулся, завёл двигатель. Глянул на Мартинес, на жука, на трещину в стекле, на свои побелевшие пальцы, вцепившиеся в руль. Вытащил из кармана телефон, наскоро наклацал: "БЕСИШЬ БЕСИШЬ БЕСИШЬ МЕНЯ СУКА УМРИ", отправил и выдохнул. С преувеличенной вежливостью улыбнулся попутчице.
По стеклу ползли потоки окрепшего дождя, салон снова заполняла музыка, дорога была ровной. Но умиротворение осталось позади, зверски изнасилованное и дважды перееханное с разгона.
Пожалуй, Мартинес стоило организовать агентство экстрим-эскорта для тех, кому простая жизнь без проблем и эксцессов кажется слишком скучной. Правда, это агентство разорилось бы под гнётом судебных исков на возмещение ущерба.
Но определённо, скучно бы не было.[AVA]http://s8.hostingkartinok.com/uploads/images/2016/03/615f3c42f0ec6f5cc7a73b1277aba080.jpg[/AVA]

Отредактировано Cyrus Lake (2016-04-04 07:53:54)

+2

6

– Отпуск. Гуляю, – расцвела в счастливой улыбке Мартинес. Нахер подробности. Габи резко, по-собачьи, потрясла головой, мстительно обдав Сайруса водопадом брызг. Капитан АНБ – не тот человек, с которым делятся женскими секретиками о том, как можно просто, весело и задорно просрать всё, чем жила. Оборжет же, причем заслуженно.
Настроение огрызаться в сторону злобного, постоянно бухтящего дядьки, пропало. Хотя в иное время Габи не отказалась бы от подобной разминки. Сайрус Лейк вдохновлял Габриэлу, общение с ним открывало для неё новые, прежде неизведанные уровни хамства и ебанутости. Ей всегда было интересно искать новые горизонты чужого терпения: дефицит инстинкта самосохранения с лихвой восполнялся нездоровым энтузиазмом юного исследователя.
Вместо того, чтобы свершать великие открытия и проверять на прочность нервную систему Сайруса, Габи тяжело вздохнула и отвернулась к окну, тупо уставившись в мелькающий за окном нехитрый пейзаж.
Приятная музыка («Старпёрское дерьмо», – презрительно окрестила её Габи), шорох шин и дождя убаюкивали. Мартинес прислонилась лбом к прохладному стеклу, с эстетическим наслаждением вслушиваясь, как в них элегантно вплетается бубнеж Лейка. То ли он действительно что-то бормотал, то ли она по привычке вписывала этот злобный ненавязчивый фон в знакомую картину мира. Безумно хотелось спать.
По щеке что-то неуловимо скользнуло. Ласково, нежно, едва касаясь влажной от дождя кожи. Губы невольно тронула улыбка, Габи не ждала такого неожиданного, несвойственного Лейку проявления тёплых чувств. Особенно ночью, в машине, посреди пустынной дороги. Особенно, когда пять минут назад он весь трясся от злости, напоминая разъяренного чихуахуа.
Странный, ненормальный, неправильный, чересчур человеческий жест. Если бы Габи не устала, не промокла насквозь, не отшибла себе пару важных частей тела и голову, она бы нахамила, огрызнулась, или просто оттяпала Лейку лишние пальцы – чтоб впредь их не совал ей в лицо с прямо-таки маниакальной настойчивостью. Сейчас рефлексы не сработали. Муркнув что-то удивлённо-нежное, она накрыла рукой его ладонь, уютно покоящуюся на её щеке.
Барабанные перепонки, машину, ночную тишину и пару ближайших спутников разорвал истошный визг, в котором, человек, не обладающий тонким музыкальным слухом, мог бы различить истеричное, переходящее в ультразвуковые волны, одно единственное слово: «ЖУУУУУУУУУУУУК!» 
Подражая жертве нетрезвого экзорциста, Габи заметалась по сиденью, замахала руками, отгоняя это исчадие природного ада от лица. Кулаки застучали по стеклам, приборной панели, Лейку. Почувствовав, что мерзкое насекомое перебралось куда-то в район ботинка, Мартинес, на зависть больным, страдающим от пляски святого Витта, дернула ногами в тщетной попытке вытряхнуть это из себя.
– Оноещездесьоноползетнайдиуберинемедленнблиииааа, – на одном дыхании заверещала девушка, мёртвой хваткой вцепившись в плечо водителя.
Машина вихляла, как юная проститутка, не освоившая азы ходьбы на каблуках, впереди мелькнуло бледное, похожее на полную луну, улыбающееся лицо. Габи орала, Лейк вторил ей отборным матом и пытался вернуть управление.
Мягкой посадки не получилось. Тормоза завизжали на одной ноте с Мартинес, её резко кинуло вперед, а затем вдавило в сиденье. Шею оккупировала тупая боль от сместившихся позвонков. Машину закрутило, она юзом съехала с дороги и приткнулась возле раскидистого дерева. Зашуршала листва, избавляясь от тяжёлого бремени капель. Жук медленно и торжественно сползал по стеклу, оставляя склизкую дорожку из полупрозрачных внутренностей.
Габи яростно посмотрела сначала на него, потом на Лейка. Объяснять насекомому, какая он сука, было уже бесполезно. Сайрусу, в общем-то, тоже. Но этот, по крайней мере, её слышал.
– Ты! – зашипела Мартинес. – Ты видел эту мерзость, и молчал!? Мы, бля, чуть не сдохли! И кого-то точно убили…
Шипение превратилось в хрип, она закашлялась, приложив руку к сорванному горлу. Как глупо, как низко, как пошло, как это по-бабски – так перепугаться. После подобного свидетелей обычно не оставляют. И ещё она как-то смутно понимала, что если сейчас же не отойдет на безопасное расстояние, то свидетель сам никого в живых не оставит. И ничего ему за это не будет.
Мартинес пулей выскочила из машины, выместив на двери всю накопившуюся злость. Взгляд её остановился на фигуре, застывшей на обочине в нелепой позе.
Казалось, автостопщик присел посрать. И недосел. Полусогнутые колени свело судорогой, а отставленная правая конечность с оттопыренным большим пальцем механически подёргивалась.
Прихиппованное уёбище улыбалось.

+1


Вы здесь » INTERSTELLAR » distant voices » (02.2275) Я знаю точно наперёд - сегодня кто-нибудь умрёт


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно