INTERSTELLAR |
Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.
Вы здесь » INTERSTELLAR » constellation » (23.01.2277) Anything that can go wrong will go wrong
Anything that can go wrong will go wrong
Claire Murphy, Alex Frost.
Германия, бар в окрестностях авиабазы в Витмунде.
"Если есть вероятность того, что какая-нибудь неприятность может случиться, то она обязательно произойдёт." - закон Мерфи. В роли неприятности - жизненноважная дата в жизни Клэр Мерфи, ее день рождения, который бравый агент АНБ собиралась отметить в гордом одиночестве после совместных учений США и ЕС.
♫ саундтрек
[AVA]http://2.firepic.org/2/images/2015-12/09/npiu38jz1dej.jpg[/AVA]В общем и целом, Мёрфи считала праздники штукой хорошей. Замечательный повод прибухнуть с коллегами, полюбоваться фейерверком на День Независимости, а то и вовсе его самой забацать. Но был один день в году, который она ненавидели всеми фибрами души и за неделю до которого становилась особо агрессивной, злой и матерящейся как русский прапорщик. Это был день гребаного рождения.
И – та-дам! Какой же был сегодня день? Разумеется, этот самый. Телефон был отключен еще с прошлого вечера, в соцсети Клэр не заползала и с ужасом и дрожью ожидала того момента, когда, наконец, наберется храбрости и включит все это добро. Плотину прорвет и тонны байт поздравлений, ебаных открыток, смайликов, пожеланий «чтоб хуй стоял и деньги были» - вся вот эта херота свалится на нее, желая погрузить в пучины добра и позитива.
- На хуй! – Процедила сквозь зубы Клэр, залпом осушила стопку шнапса и жестом показала бармену повторить.
В настоящий момент ее радовал только один факт – она была за огромное количество километров от дома и никакие коллеги не рискнут своим здоровьем в попытке нацепить на нее праздничный колпак, сунуть коробку с подарком, каким-нибудь, совершенно идиотским, и вообще – никому ее не достать.
Когда два месяца назад ей предложили отправиться в составе делегации от АНБ на военные учения в Германию, причем именно в эти дни, они ни секундой не мешкала, и сразу сказал «ДА!»
Учения, к слову сказать, получились на редкость неплохими. Черт его знает, как педантичным немцам это удалось, но они умудрились сохранить абсолютно все в строжайшей тайне. Обычно происходило так, что дня за три-четыре все всем становилось известно, что за «предполагаемый враг», что он будет делать, как ему отвечать и так далее. Потому и учения проходили на «ура», но скучно. А тут строжайшая секретность, даже точной даты не знали. И вдруг, в четыре утра резкая побудка, «Alarm!» и все дела. Русские анархисты захватывают какой-то космодром, не то Плесецк, не то Пиздецк, наводят на Берлин пару ядерных приветов и запускают. И вот, кто на радарах, кто на системе ПРО, в воздух поднимают перехватчики, готовится массированный ответ… В общем и целом, все было круто. Мёрфи впечатлилась – Европейский союз не пожадничал денег, все было максимально приближено к реальности.
Так или иначе, но учения заканчивались, завтра должны были подвести итоги, выдать награды, ордена, грамоты и через сутки дряхленький «Геркулес» должен будет подобрать американцев и отвезти их домой.
А сегодня Мёрфи решила отметить свой день рождения в одиночестве, в каком-то злачном, забулдыжном баре, подальше от авиабазы, где их разместили. Не хотелось наталкиваться на своих. Особенно тех, кто знал про ее ДР и готов был утащить в большую компанию, которая будет нестройными голосами орать ей «Happy birthday to you…» и кунать мордой в торт.
- На хуй! – Чуть передернувшись от такой перспективы, повторила Клэр, снова осушила шот и уже в третий раз ткнула бармена в пустую тару.
Все, чего ей хотелось сегодня вечером, так это напиться и чтобы произошло хоть какое-то маленькое чудо и с ней случилось ну хоть что-то хорошее. Ну, или хотя бы интересное.
И, как оказалось позже, подтвердился один из неписаных законов природы: «Будь осторожен в желаниях своих, иначе пиздец тебе, грешному».
Когда его эскадру отправили в Витмунд развлекать высокое начальство с обеих сторон океана, он и его сослуживцы крайне скептически отнеслись к перспективе участвовать в международной хуемерке. Черт его знает, от какого мифического противника собрался защищаться совместными усилиями Западно-Атлантический союз, если на современных картах множились пустые пятна на месте прежних государств, а перед другими странами стояли задачи поважнее ввязывания в войну, которая никак не способствует выживанию. Возможно, дохуя серьезные и умные аналитики что-то знали о неведомой хуйне, что, шевеля жвалами и злобно тараща десяток глаз, неумолимо надвигалась из глубин далекого космоса, и таким нехитрым действом бравое правительство решило отпугнуть незваных гостей, чтобы те, посмотрев на творящееся в точке назначения безобразие, плюнули нахуй и оставили в покое убогую цивилизацию.
Прибыв в Витмунд, Алекс быстро понял, что далеко не одна их эскадра придерживается мнения, что грядущие учения это всего лишь нехитрый способ, показать, кто круче. Так началось двухмесячное соревнование, у кого член длиннее. Европейцы выкатывали один за другим охерительно правдоподобные сценарии, американцы устраивали локальный армагеддец. Где не хватало качества, брали количеством, где не помогало количество, поспешно врубали мозг, разгоняя его матюгами, – это относилось к обеим сторонам, старательно демонстрирующим друг другу свою неэпическую крутость. Зрелищно, местами интересно – особенно, когда действо с полигона перемещалось в окрестные бары, а иногда даже весело, когда какой-нибудь бедолага при виде командира под сдержанный гогот сначала упорно пытался вскочить с заботливо обработанного клеем стула, а потом оторвать злополучный предмет мебели от задницы.
В остальном это была скучная хуйня, сводящаяся к поражению наземных целей условного противника, если только руководство не решало столкнуть своих летчиков лбами в небе. Тогда приходилось поднапрячься, чтобы уйти от докучливых американцев и не вернуться на базу позорно подбитым, или постараться достать противника, если их звено выступало нападающими. Как правило, до «уничтожения» противника доходило нечасто, и дело ограничивалось отработкой применения технических средств для ухода от атаки. И само собой – к сумасшедшим маневрам с колоссальными перегрузками.
В бар Алекс зашел со слегка гудящей головой и переполняющим его чувством морального удовлетворения. Американский летчик, с которым он накануне душевно обменялся любезностями в челюсть, и запальчиво пообещавший ему, что на аэродром «живым» он не вернется, пережевывал свой провал где-то в казарме, а сам Фрост, выслушав короткую напутственную речь от своего непосредственного руководителя, отправился нейтрализовать последствия перегрузок чем-нибудь покрепче.
В помещении его взгляд сразу же зацепился на знакомую белобрысую головушку агента Мерфи, оказавшейся по стечению обстоятельств в точке назначения Фроста – у барной стойки. Бравый агент лихо опрокидывала в себя стопки с местным пойлом, сопровождая их емким «на хуй». По-видимому, пребывала она далеко не в радужном настроении, поэтому не было ни малейшего шанса, чтобы Алекс просто прошел мимо.
- А я гадал, чья хмурая рожа солнце отпугнула, - сделав знак бармену налить ему побольше и покрепче, с добродушной усмешкой произнес Фрост, ненавязчиво намекая, что после двух недель солнечной и умеренно морозной погоды европейская зима вдруг решила сегодня порадовать их снегом. Алекс изучающе посмотрел на не выражавшее ничего радостного, доброго и светлое лицо Клэр и с нарочитым пониманием продолжил:
- По какому поводу траур, Мерфи?
До прихода внезапного возможного собутыльника, Мёрфи еще не успела накачаться до состояния «бей в табло, потом разберем кого». В барах в общем-то так заведено, подсаживаться за соседние стулья и иногда заводит непринужденный разговор. Иногда просто попиздеть за жизнь, иногда склеить особь не важно какого пола для потрахушек на одну ночь.
Погрузившаяся внутрь своих до хуя «развеселых» мыслей, Клэр вовсе не желала оттуда выныривать. Ну, разве только на пару секунд, указать бармену что стакан полностью пуст и это просто пиздец как пессимистично. А потому, когда над ее ухом раздался чей-то веселенький голосок, у Мёрфи едва не сработали инстинкты, выраженные в хуке правой с разворота. Остановило ее только упоминание ее имени. Где-то не в самых трезвых дебрях ее мыслей, у одного из вечно голодных тараканов Клэр над головой воссияла лампочка, что, мол, не каждая крыса в этой помойной яме может знать ее по имени.
Развернувшись в пол оборота на стуле, Мёрфи, предварительно сфокусировав взгляд на мужчине, всмотрелась в его лицо. Ничего так лицо, симпатичное, до отвращения милое, немного усталое. И знакомое.
- Пр-р-ривет, морячок!
Клэр отсалютовала мужчине шотом, который незамедлительно опрокинула в себя. «Морячок» плюхнулся рядом и попытался просигнализировать бармену о готовности начала борьбы с зеленым змием, но Мёрфи с изрядной долей остервенения помотала головой, взвив свои местами беспорядочно отросшие волосы, и немного громче, чем следовало, его опередила:
- Ему то же самое, что и мне, два раза. И не спорь! – Она вытянула руку к лицу Фроста, на случай, если у того возникнут какие-либо возражения. – Не то на хуй пошлю.
Мёрфи откинула волосы со лба, еще раз всмотрелась в лицо мужчины. Как же его, блядь, зовут? Лицо знакомое, явно с учений, значит, скорее всего военный, но точно не из штатов, значит европеец… Пока шестеренки, щедро смазанные спиртом, крутились в голове, пытаясь отыскать в захламленной картотеке подсознания имя мужчины, Мёрфи решила выдать тому кодовое имя – «Дороти».
«Какая еще на хуй, Дороти?»
У Клэр наступило одно из самых развеселых состояний, когда большая часть тормозов уже отказала к такой-то матери, и ее начинало «нести», а оставшаяся в рабочем состоянии часть сознания в ужасе носилась где-то на заднем плане в мигающей красным цветом и гудящей тревожными звуками черепной коробке и с воплями «Да что же ты, блядь, творишь-то?!» безуспешно пыталась остановить Мёрфи от очередного пиздеца, в который она в любой момент могла ввязаться.
Бармен поставил перед ним очередные, наполненные шоты и Клэр схватила свой с азартом игрока в покер, имеющего на руках флэш-роял.
- За самый ебаный день в году – за мой День Рождения! Ебись он конем! – Провозгласила Мёрфи тост.
Очередная порция явно пошла куда надо, поскольку в немного помутневшем сознании наконец всплыло имя.
- Итак, Доро…э-э… дорогой мой Алекс, какой хуй тебя притащил в этот сральник?
Отредактировано Claire Murphy (2015-12-12 23:52:10)
В глазах Мерфи отразились слабое узнавание и куда более заметный характерный блеск, красноречиво свидетельствующий о пройденной дистанции опрокинутых шотов. Фростовский старт алкогольного забега она решила взять в свои руки, о чем не замедлила сообщить и ему, и бармену, невозмутимо наполняющему стаканы всем страждущим затопить рассудок. Таковых, к слову, собралась такая хренова туча, словно весь местный сброд решил устроить челленж, кто кого перепьет. Фрост не возражал – ему было совершенно все равно, что пить: говенный шнапс или такой же хреновый виски. За время учений он успел обойти все окрестные забегаловки, чтобы сделать вывод - годное пойло тут хрен сыщешь.
Уже после короткого обмена любезностями с Клэр Алекс мельком оглядел помещение и сделал два вывода: кроме них военных здесь больше не было, словно бы их мысли, выраженные в порыве забуриться подальше от знакомых морд, чудесным образом совпали, а заполнявшая бар братия находилась на финишной прямой упомянутого челленджа. На все это Фросту было решительно положить, пока типичная обстановка пропитой дыры не наступала в его личное пространство.
- Вот оно что, агент Мерфи стала старше, - с беззлобной ухмылкой констатировал Алекс и залпом опрокинул стопку шнапса. Тот оправдал ожидания и оказался полным дерьмом. На второй вопрос Фрост ответить не успел – боковым зрением он заметил вяло дрейфующее мимо тело, которое вдруг неловко притормозило, а затем уверенно двинуло в сторону военных.
- Кто-то тут празднует? – заплетающимся языком изрекла подошедшая пьянь. Алекс косо глянул на бухого мужика, тот не особо походил на хорошо поддавшего завсегдатая, случайного запустившего ухо в чужой разговор, да и выражение упитой рожи недотягивало до благожелательного. И он не замедлил подтвердить соображения Фроста.
- А как же проставиться, а? – лицо мужика исказила пьяная гримаса злости. Он перевел мутный взгляд, снова посмотрел на Алекса. Зло сощурился. – Какого хера вас сюда принесло, ублюдков? Сидели бы в своей сраной Америке…
«Нублядь…» - только и пронеслось в голове летчика. Пожалуй, он бы мог понять местных, которых откровенно заебали толпы бухих военных, вот уже два месяца осаждающие бары. Но им с Мерфи свезло по полной – им попались местные патриоты великого ЕС, коих эпически раздражало не появление военных в захолустном городишке, а нахождение американцев на территории их клятой родины, а агрессия на засилье граждан США плавно перетекала в претензию к политике заокеанского государства и вообще факту его существования.
- Иди куда шел, мужик, - спокойно посоветовал Фрост, уже догадываясь, чем может закончиться их короткий разговор. И снова не ошибся в своих догадках – мгновенно изменившись в лице от посыла Алекса, в котором он, очевидно, увидел еще одного американского врага народа, бухой мудак покачнулся и решительно двинулся на летчика, одновременно занося руку для удара.
Шансов у него не было – быстрее, чем тот успел сообразить, как же вышла такая оказия, местная пьяная достопримечательность оказалась впечатанной рожей в барную стойку, а Фрост, удерживая его руку в захвате, быстро оценил обстановку. Теперь на них смотрели все, кто был еще в состоянии видеть что-то дальше своих стаканов. И у всех на рожах расцвело примерное одинаковое выражение «пиздец америкосам». Алекс выразительно посмотрел на Мерфи:
- Ты специально выбрала эту дыру? Я не заметил - на двери случайно не было надписи: «Всем американоненавистникам бесплатное пиво»? – он несильно приложил башкой об стойку дернувшегося было мудака и, кивнув в сторону медленно подгребающих к ним недвусмысленно настроенных бухариков, с усмешкой добавил. – Смотри, какой подарок на день рождения тебе подвалил.
Замечание о «агенте Мёрфи, которая стала старше» было встречено лаконичным, но увесистым комментарием «Уебу», которое Клэр, впрочем, не собиралась претворять в жизнь. Алекс был нормальным парнем, а за такую мелкую шпильку портить отношения вот прямо сразу как не хотелось. Да и нашлись другие желающие…
– Какого хера вас сюда принесло, ублюдков? Сидели бы в своей сраной Америке…
Никто об этом не знал, и, скорее всего не узнает и впредь, но оказалось, что мыслили Клэр и Алекс одинаково синхронно.
«Ну, блядь…»
Мёрфи меланхолично осушила поставленный шот, пока Алекс попытался урегулировать конфликт. Фразу, правда, выбрал, явно не ту.
«Это же генитально, Ватсон», - только и успела подумать Мёрфи, как рядом с ее локтем, упирающимся в барную стойку, оказалась голова пьяного в дупель долбоёба с маленькими поросячьими, налитыми кровью и абсолютно не соображающими глазами, уставившимися на Клэр.
- Какого хуя ты смотришь мне в лицо? – Недовольно буркнула Мёрфи, перегибаясь через стойку и хватая пару бутылок, оставленных барменом, который благоразумно уполз в самый дальний угол и потянулся за чем-то незаметным под стойкой.
- Но-но, парниша, - лукаво покачала пальчиком бармену Клэр, - не геройствуй. В конце концов, это мой долг и моя работа, прес… пресси… пре-се-кать подобное!
Услышав слова о подарке, Мёрфи навострила уши, развернулась на барном стуле и увидела «подарок» - то ли шесть, то ли двенадцать тел, уподобившись оркам, топала в их сторону, изрекая что-то на немецком, который Мёрфи сейчас воспринимала с трудом.
- Скажи мне, мой верный друг, - пафосно воскликнула Мёрфи, - их шесть, или шесть пар близнецов?.. Ой, да какая в хер разница!
Клэр, не особо замахиваясь, запустила первую бутылку, горлышко которой так и не выпустила из рук. То ли Фортуна была на ее стороне, а может и старый пьяница Дионис помог, но снаряд Мёрфи несколько раз перевернувшись в воздухе угодил донышком точно в лоб одному из нетрезвых посетителей. Мужчина непроизвольно охнул, да так и грохнулся плашмя на спину.
- Стра-а-а-айк! – Радостно заорала Клэр, победно вознесла над собой руки, напрочь забыв, про вторую бутылку в левой руке. Естественно, что бутылка была распечатана…
- Ах ты ж блядь!
Вторая бутылка полетела вслед за первой, но на этот раз не так удачно. Прямо скажем, совсем не удачно. С ближайшей целью траектория ее полета разошлась на добрых два метра.
Клэр, с головы которой стекал тоненькими струйками шнапс, опершись на стойку поднялась на ноги, при этом ее немного штормило. Далеко не трезвый разум подкинул ей очередную «блестящую» идею и, повернув голову к Алексу, она хвастливо сказала:
- Смотри, как это делается у нас в Техасе!
Заорав во всю глотку, Мёрфи бросилась вперед, согнувшись в туловище. Ноги ее конечно подвели и она запнулась, но сила инерции, как известно, сука не менее бессердечная, чем сила гравитации. Сделав еще два шага, и уже падая, Мёрфи впечаталась головой в пузо первого топающего мужика, опрокидывая того на пол, и заваливаясь на него сверху.
Перспективу размяться по-армейски Клэр восприняла с подкрепленным градусами энтузиазмом. По-видимому, бравому агенту было уже глубоко пофиг, шестерых им придется учить международной дипломатии или весь окрестный городок, что она и подтвердила, прежде чем отправить в короткий, но точный полет бутылку шнапса.
Заряд попал точнехонько в башку одному из блюстителей европейской справедливости, и нестройные ряды наступающих лишились одного правозащитника. Алекс снова коротко усмехнулся, наблюдая искреннюю радость Клэр. Очевидно, страйк стал результатом чистого везения агента с говорящей фамилией. Со следующей бутылкой повезло меньше, однако Клэр это ничуть не смутило. Фрост с недоверием посмотрел на нее, уже заранее догадываясь, что «как в Техасе» в исполнении угашенной в дрова женщины закончится чем-то феерическим и явно далеким от первоначальной задумки. Так и получилось, а пока Мерфи устраивала пародию на корриду, Алекс без долгих раздумий съездил по роже пытающему незаметно подобраться к нему алкашу. Удар был не особо сильным, но достаточным, чтобы мужик, получив заряд бодрости и новый вектор направления, распластался на полу рядом со своим нетрезвым сотоварищем и гордо восседающей на нем Клэр.
А дальше сценарий праведного народного бунта в исполнении патриотичных немцев претерпел ожидаемые изменения. После того, как половина группы поддержки прилегла отдохнуть, запал у оставшихся представителей лиги справедливости и партии американоненавистников заметно приувял - даже нетрезвая соображалка намекала, что при таком развитии событий пиздюлей от объектов собственной неприязни получат все.
Переломный момент в разворачивающемся действе ознаменовал стоящий поодаль остальных мужик, еще пару минут тому назад исполненный решимости расколотить бутылку об американские головы, когда обнял ее как родную и нестройной походкой неспешно побрел в сторону сортира, таким нехитрым образом самоустраняясь из дальнейшей потасовки. Двое других тоже не торопились переходить к активным действиям, только один кинул полный пьяной укоризны взгляд в спину позорно слинявшего товарища. Глядя на вяло топчущихся немцев, Алекс решил, что самое время подбодрить оставшихся и сворачивать мордобой, который запросто мог перерасти в никому не нужные проблемы – особенно Мерфи. Едва ли она порадовалась бы перспективе в последний день учений не только страдать от адского похмелья, но и выслушивать веские доводы руководства, почему не надо швыряться бутылками в местное население. Удивительным образом сознательность и ответственность у Алекса включались быстрее, если пиздец грозил не только ему.
- Камрады, - на немецком, уже давно ставшим ему родным языком, Фрост обратился к озадаченным воякам. – Если вы уже достаточно настрадались хуйней, предлагаю на этом разойтись и спокойно допить то, что здесь еще уцелело.
Немецкий Алекса оказался спасительной зацепкой для подрастерявших воинственность местных патриотов и возможностью поднять белый флаг без существенного ущерба для собственной залитой шнапсом гордости.
- Так ты не американец? – просветлел лицом ближайший к Фросту мужик. – А мы подумали…
- Я – нет, - Алекс оборвал поток оправданий и кивнул в сторону Клэр, которая за все это время даже не подумала сдвинуться с места, продолжая невозмутимо лежать на пребывающем в отключке теле. – В отличие от нее.
Ответа Фрост ожидаемо не дождался, как, впрочем, и каких-то действий. Подошел к Клэр и, глядя на нее с высоты своего роста, с добродушной усмешкой прокомментировал ее месторасположение:
- Солдат спит, служба идет? Подъем, агент Мерфи. – он подхватил ее под руки, помогая принять вертикальное положение, и, легко придерживая за талию, повел из бара. – Пойдем, просвежимся.
- Подъем, агент Мерфи. Пойдем, просвежимся.
- Ну, ма-а-а-ам, - капризно пробурчала Мёрфи не желая подниматься с теплого, мягенького «матрасика», - можно я не пойду сегодня в школу?
Увы, но герр Фрост оказался не лучшего ее родителей и был начисто лишен всечеловеческого сострадания к ближним своим. Не сильно-то церемонясь, он поднял совершенно не желающее тело агента Мёрфи, придал ей вертикальное положение, да и еще облапал за талию. Мерзавец!
Если бы Клэр так сильно не мутило, она бы непременно отвесила ему пощечину.
- Ладно, - наконец промямлила она, - вези меня олень, в свою страну оленью.
Перспектива оказаться на улице не сильно ее радовала. Хотелось оказаться в тепленькой постельке, завернуться в спасительный кокон одеяла, и дать волю ужасному зверю – Храпатуну, в очередной разбудив и перепугав всю армейскую казарму. И проснуться утром с валяющимися рядом с кроватью чужими армейскими ботинками, которыми доблестные сослуживцы закидывали ее ночью.
И, что-то внезапно так сильно ей этого захотелось, а до казармы было довольно далеко, что мозг Клэр и без того не отличавшийся здравомыслием, а ныне и вовсе покачивающийся на алкогольных волнах сумасбродства, подкинул ей очередную идейку. Как это водится – далеко не самую блестящую.
Алекс распахнул дверь бара и уже готов был его покинуть, поддерживая Мёрфи, как она вдруг замерла на пороге, резко обернулась к бару и громко провозгласила на практически чистом немецком:
- И не забудьте рассказать всем своим друзьям, как вам надрала задницы американская бабенка, сосунки!
В следующую секунду Клэр повернула голову и с сияющей улыбкой посмотрела в глаза Алексу, который где-то в этот самый момент должен был застонать от идиотизма Мёрфи.
- А теперь – бежим!
Радостно заявив последнее, Клэр развернулась и бросилась в открытую дверь, как всамделишный десантник бросается в открытый люк самолета.
Бодро переставляя ноги, обутые в тяжелые армейские ботинки Мёрфи бежала столь самозабвенно, что сам Форрест Гамп мог ей позавидовать. А поскольку в географии Витмунда Клэр разбиралась примерно также, как в географии Ханты-Мансийска, куда именно она бежала Клэр не представляла в упор. Возможно, что об этом знал Алекс. Наверное стоило его об этом спросить?..
На бегу Мёрфи обернулась, увидела спешившего за ней Фроста, и только открыла рот, чтобы задать вопрос, как на ее пути возникло нечто, которое подло бросилось ей под ноги.
- Твою ма…
Закончить фразу Клэр не удалось. Споткнувшись, она по инерции пролетела немного вперед, бездумно переставляя ноги, разумеется, не удержалась на них и со всей дури грохнулась на землю. Хорошо еще, что рефлексы не подвели, и она успела сложить руки перед лицом, защищая его.
Мерфи не была бы собой, если бы напоследок не постаралась еще раз ушатать достигнутое условное перемирие. Когда по притихшему бару прокатился ее победный клич, никто не сдвинулся с места. Даже Фрост, услышав смелый призыв пробежаться. Из глубин памяти живо откликнулось не успевшее поблекнуть воспоминание, бывшее чудесным свидетельством, что бегать после бутылки шнапса – не самая здравая и легко реализуемая затея. Правда, понимание заносчивой смелости озвученной идеи пробивалось сквозь затуманенный алкогольными парами мозг далеко не сразу, и чаще – делало это вместе со стремительно надвигающимся полом или заменяющей его горизонтальной поверхностью. А в особо удачных случаях – с загаженной камерой полицейского участка.
Недолгую тишину разбил неровный топот загашенного агента, и Алекс с тяжким вздохом пошел следом. На улице его ждало короткое удивление – Клэр все-таки удалось на какое-то время победить подлую гравитацию, вынуждая Фроста ускорить шаг. Короткий, но самозабвенный забег Мерфи прервал коварно подвернувшая под ноги урна. Дальше последовал такой же короткий и не менее живописный полет, и подвыпивший штурмовик совершил посадку на брюхе, используя вместо взлетно-посадочной полосы присыпанную снегом дорожку.
Алекс подошел к распластавшейся на земле женщине.
- Жесткая посадка, - ставшим уже привычным жестом Фрост снова поставил ее на ноги, придерживая. На этот раз – предусмотрительно покрепче. Он покосился на безмятежно угашенное лицо Мерфи и с беззлобной усмешкой доверительно продолжил. – Хреновый из тебя летчик, Клэр.
Ежу понятно, что путь до казарм из этой дыры в таком состоянии будет долгим и непростым, с чередой взлетов и падений, и после недолгих раздумий Алекс подхватил Клэр на руки и пошел в сторону, где, по его разумению, находился отель.
Внутренний навигатор не подвел – после недолгой и умилительной прогулки с Мерфи на руках Алекс дошел до небольшого отельчика и предстал перед изумленным взглядом администратора. Или появление не самых трезвых представителей военных обоих государств уже не было для нее диковинкой, или профессионализм взял своей, но она быстро справилась с удивлением, заботливо предложила отложить процедуру регистрации до более удобного момента, до того момента удовлетворившись названным ей именем.
Поблагодарив быстро вникнувшую в ситуацию фройлян, Фрост со своим драгоценным грузом побрел к номеру, по счастью оказавшемуся на первом этаже и не требовавшим дополнительных телодвижений. Исхитрившись открыть магнитным ключом дверь, Алекс, наконец, аккуратно сгрузил на широкую кровать успевшую мирно задремать Клэр. После недолгой прогулки в нагруженном состоянии руки у него немного подрагивали.
Собственно, на этом Фрост со спокойной совестью собирался расплатиться за номер и отчалить обратно: напиваться ли в баре или на берегу местной речушки, добирая нужный градус алкоголя в крови. С этой мыслью он сделал шаг назад… хотел сделать и почувствовал, как Клэр решительно ухватила его за руку.
- Ты мой пр-рЫнц! – Пылко произнесла Мёрфи, стряхивая с головы банановую кожуру. Урна, сука, оказалась полной.
Стоит заметить, что на чьих бы то ни было ручках агент Мёрфи была последний раз в глубоком детстве, в те славные времена, когда папенька таскал неразумное дите, ходившее под себя и умилительно строил ей рожицы. Эх, знал бы папенька, как его дорогая Клэр отмечает свой день рождения… Наверное его бы хватил удар, а то и два.
И, внезапно оказавшись в положении ребенка, столь же неразумного и не способного передвигаться самостоятельно, сурового агента охватило двоякое состояние: с одной стороны, разрешение на подобное с собой обращение она не давала и за это стоило вточить в зубы спасителю, ну, а с другой стороны, воздействие алкоголя, сонливость и общее дерьмовое настроение заставили Клэр размякнуть и получать удовольствие.
Алекс, стоило отдать ему должное, тащил тело достаточно аккуратно. По крайней мере, ее не укачивало и не мутило, хотя голова, прильнувшая к плечу Алекса, периодически болталась в разные стороны.
Как Алекс договаривался насчет номера в отеле, Клэр немного пропустила мимо глаз и ушей. Помутневшнее сознание смогло немного проясниться, только оказавшись на кровати, на которую ее заботливо плюхнули.
Мёрфи распахнула глаза и увидела, что ее благородный собутыльник сделал немного неуверенный, но все же, шаг назад.
«Э-э, нет!»
Перспектива остаться в одиночестве Мёрфи в настоящий момент совершенно не радовала. К тому же, Алекса стоило отблагодарить и за компанию, и за защиту, и за то, что не бросил ее где-нибудь на мостовой. А благодарить мужчин Клэр умела двумя способами, и это явно был не тот случай, когда можно было запихнуть мужчине сто баксов в гламурные стринги.
Ее рука со скоростью атакующей змеи бросилась вперед и схватила руку Фроста.
Секундное замешательство в глазах обоих, и вот Мёрфи сильно дергает Алекса на себя. Явно не ожидавший подобного, Фрост не устоял и завалился сверху на Клэр. Не давая ему прийти в себя, поднатужившись, Мёрфи перевернула его на спину и уселась сверху. Она чувствительно ткнула ему пальцем в грудь и, на удивление, четким голосом произнесла:
- Даже не думай оставлять меня одну в день рождения, ясно?
Не давая тому и доли секунды, Клэр перехватила его руки, чтобы у Алекса не возникло желания выбраться из-под нее, нагнулась и, немного грубовато, в свойственной ей манере, поцеловала его.
После короткого, но стремительного падения пол и потолок внезапно поменялись местами. Неизменным в поле зрения оставалось лишь лицо Клэр совсем близко с его. Мелькнувшее было мгновенное замешательство растаяло с первым прикосновением. Руки Алекса выскользнули из чужой хватки – он перехватил женщину за запястья, несильно сжимая. Приподнялся, подаваясь вперед и целуя – то так же грубовато, прикусывая мягкие губы, то ласково, почти невесомо. Ладони Фроста разжались, освобождая Клэр – чтобы тут же требовательным движением прильнуть к совсем ненужной одежде. Быстро и жадно они избавляли друг друга от последней преграды, соприкасаясь в искрящем полумраке жадными поцелуями и темными, шалыми взглядами, срывая сбивчивое дыхание. Пальцы Алекса зарылись в светлые волосы, то с силой запрокидывая ее голову, то делая это бережно, пока он покрывал ее нежную кожу на шее поцелуями. В ответ его захлестнуло такое же идущее от женщины шквалистое нетерпение, сильное и жадное, и он решительно вжал Клэр в кровать в искрящем взаимном желании утолить тактильный голод.
Внимательный персонал не тревожил их. За него это сделало внутреннее ощущение времени и яркое полуденное солнце, за ночь разогнавшее серую взвесь и лукаво тянущееся теплыми лучами к прильнувшим друг к другу людям. Открыв глаза, Алекс посмотрел на мирно устроившуюся рядом Клэр. С мимолетной улыбкой погладил пальцами по ее щеке, улыбаясь шире, когда та сонно приоткрыла глаза.
На закрытие учений они безнадежно опоздали. Быть может, прямо сейчас перед выстроенными на бодрящем январском холодке звучали последние торжественные и охрененно пафосные слова о патриотизме, долге и далекой от реальности чепухе, которую ни у кого из них не было ни малейшего желания слушать, даже если толком не оклемавшийся после вчерашних приключений мозг и намекал ненавязчиво, что неплохо бы пошевелиться и придать ускорение по направлению к военной базе. Во избежание возможных последствий.
Это простое понимание упорно не находило отклика, прочно оседая где-то в глубинах сознании Фроста и никак больше не выражаясь.
Он снова посмотрел на Клэр и, безошибочно распознав в ее глазах отражение своих мыслей, прижал крепче к себе. Пока где-то далеко отсюда две формально сотрудничающие и в то же время готовые вгрызться в глотки стороны рассыпались в ничего не значащих слов, они просто продолжали обнимать друг друга, разделяя тепло и меж тем косо поглядывая на дверь – не повесить ли на ручку табличку «Не беспокоить», или тактичный персонал все понял и так?
Вы здесь » INTERSTELLAR » constellation » (23.01.2277) Anything that can go wrong will go wrong
