Утро Эллера началось рано – с посещения спортзала, контрастного душа и чашки крепкого кофе за чтением отчетов. Дела шли хорошо. Санрейес рос, Альтерра нуждалась в освоении и развитии не меньше, чем пять лет назад, и Найт был уверен, что работы здесь ему хватит на десять жизней. Однако он всегда хотел большего. Вскоре после прибытия на планету, когда у Эллера появилась инсайдерская информация о местных правящих кругах, он понял, что получить их признание будет нелегко. Одно дело присланные с Земли чиновники – с ними он находился хоть и не в равном, но в относительно близком положении. Другое дело – здешние кланы, пустившие корни на Альтерре несколько поколений назад. К чужакам они относились с понятной осторожностью, а за удачными попытками развития бизнеса следили с ревнивым вниманием, чтобы не допустить конкуренции. Опытным путем Эллер выяснил, что в некоторые сферы «понаехавшим» вроде него лучше до поры не соваться: здешняя элита имела слишком значительное влияние, чтобы с ней ссориться. Но выход из этого порочного круга все же существовал, и назывался он очень просто – сотрудничество. Только для того чтобы оно состоялось, нужно было иметь, что предложить и чем доказать совпадение глобальных целей обеих сторон. Поварившись пару лет в местном обществе, Эллер нашел подходящее, как ему казалось, решение.
Всякий амбициозный гражданин Альтерры желал избавиться от интенсивного контроля с Земли. Найт и сам не был исключением из этого правила: ему приходилось достаточно сталкиваться с сопротивлением местных влиятельных лиц, и вставляемые в колеса палки «с любовью из США» только добавляли лишних, порой нелепых проблем, вызывая проволочки в делах и раздражение у Эллера. Именно по этим причинам – во избежание излишних затруднений – Найт начал ухаживать за дочерью губернатора Санрейеса. В бизнесе все решают связи. Эллер поставил на них и не прогадал: помолвка с Синтией открыла для него многие двери. Многие, но не все. Ему по-прежнему нужно было убедить в своей благонадежности «исконных» альтерровцев. Свой шанс Найт увидел в «Свободной Альтерре». Ему было до крайности приятно узнать, что как минимум один из тех, с кем он успел официально завести дела на планете, имел некоторое отношение к этой организации. Согласно его представлениям об устоях жизни в Санрейесе, влиятельные семьи Альтерры старались держаться в стороне от повстанческих движений – вероятно, памятуя о том, как лихо Земля избавилась от неугодных верхов менее пятидесяти лет назад. В связи с этим Эллер полагал, что за благонадежностью представителей здешних кланов тщательно следят разведка и вездесущие агенты АНБ. Он также полагал, что к нему внимание пока еще не столь велико: как человек, перебравшийся на Альтерру лишь около пяти лет назад и тесно сошедшийся со ставленниками США, он вызывал меньше подозрений в желании бороться за независимость нового дома. Поэтому, заведя дела с Итаном Колсоном и аккуратно продвигаясь к тому, чтобы выйти через него на «Свободную Альтерру», Найт рассчитывал впоследствии стать посредником между ней и элитами Санрейеса, добиться от них объединения усилий и произвести управляемую революцию – и тогда, разобравшись с одной проблемой, приниматься за другую. Таков был план. Однако осуществить его быстро было невозможно, и, постепенно нарабатывая базу, Эллер без резких движений заводил дела и шел на сближение с теми, кого считал полезным не только для бизнеса. Итан Колсон, вне всякого сомнения, был как раз таким человеком.
У Найта набралось несколько идей, как сделать их сотрудничество более тесным и интенсивным, и, продумав некоторые детали, он пришел к выводу, что пришло время ими поделиться и сделать Итану предложение, от которого, как надеялся Эллер, тот не захочет отказаться. Итак, уведомив фермера о намерении посетить дом Колсонов в самое ближайшее время, Найт получил приглашение на поздний завтрак, которое с удовольствием принял.

Трехэтажный особняк, перед которым уже не впервые останавливался черный кроссовер Эллера, наводил на мысли о том, что скромный фермер не лишен амбициозности – или отличается любовью к просторам. Впрочем, перламутровых креветок на завтрак тут не подавали, чему Найт был втайне рад: губернатор Николс был горячим поклонником деликатесов Альтерры и пытался при каждом удобном и неудобном случае напичкать ими всех гостей своего дома, включая будущего зятя, поэтому в последнее время Эллер начал особенно ценить разнообразие.

– Мы уже достаточно долго знаем друг друга, – заметил Найт, когда они закончили с обсуждением текущих проблем. – Во всяком случае, достаточно долго, чтобы я имел возможность убедиться, что с тобой можно иметь дело – и, надеюсь, это убеждение взаимно. У меня есть к тебе предложение, Итан. Ты мог бы выращивать не только фрукты, но и овощи. Или, например, кофе. И не только выращивать, но и продавать их – не перекупщикам, которые потом получают львиную долю прибыли, а сам, через собственную торговую сеть. Для этого, конечно, придется купить землю, организовать пункты продажи, обеспечить транспортировку и нанять больше рабочих, но все затраты очень скоро окупятся с лихвой. Если мы займемся этим вместе, то соберем приличный стартовый капитал и, я уверен, сумеем добиться у властей концессии на учреждение торговой сети. Собственно, эту часть я беру на себя. Вопрос в том, насколько активным может быть сопротивление конкурентов. Ты эту сферу знаешь лучше меня, – временно закруглился Эллер, приглашая Итана развить мысль и высказать, что он обо всем этом думает. Однако не прошло и минуты, как где-то за стеной кабинета послышался нехарактерный шум, звуки возни и чьи-то напряженные голоса. Все вместе создавало ощущение тревожности, но Найт не шелохнулся и только посмотрел на Колсона.
– Тебе стоит подумать о том, чтобы обзавестись охраной.

Отредактировано Eller Knight (2016-01-21 15:15:21)

Спустя двое с лишнем суток пути шаттл наконец приземлился на твердую поверхность – и в иллюминатор ударил желтый луч местного солнца. Посадка едва ли выдалась мягкой. Не предназначенные для того условия окружающей местности, отсутствие специально оборудованного космодрома и недостаток отточенных навыков пилотирования космического судна (пусть даже роль оного выполняло это видавшее виды раздолбанное корыто) у кого-либо из членов экипажа – печальная совокупность этих факторов уж точно не способствовала комфорту и безопасности перелета. Тем не менее, шаттл удалось довести до пункта назначения – спасибо автопилоту и каким-никаким знаниям самого Саймона, сумевшего задать бортовому компьютеру верный курс; удалось худо-бедно посадить, а прежде еще и оторвать от земли, благополучно выведя на орбиту – экипажу крупно повезло, что хоть один из этих отморозков оказался способен не только проломить череп ближнего подручным предметом, но и кое-как управлять космическим кораблем. Что же касается собственно экипажа… Саймон с тоской обвел взглядом по очереди каждого из членов импровизированной команды. Командой этот паноптикум назвать было трудно: кучка беглых зеков и херов недоделанный революционер в «конспиративной» форме охранника меркурианского тюремного комплекса, браво ведущий этих ебанавтов в светлое будущее. На кой ему сдался этот балласт – ответить на сей занятный вопрос Вега уже и сам затруднялся.
О том, что твердое намерение придерживаться первоначального плана пошло по пизде, он догадался, когда какое-то ополоумевшее чмо раскроило башку одному из людей Саймона об угол стола. Пронаблюдав, как обмякшее тело бывшего сотоварища безвольным хламом сползло на замызганный пол, Вега впервые задумался над ответом на сакральный вопрос «нахуа?» Разгромить половину тюрьмы, угнать шаттл, вляпаться в дерьмо по самую макушку, привлечь внимание АНБ в полном составе до кучи и что получить на выходе? Сборище головорезов, не обремененных ни умом, ни моралью; пару калек бывших так называемых «своих», что сейчас лишь тупо таращили глаза, пока Саймон безуспешно пытался вытащить из этих беспамятных голов хотя бы крупицы воспоминаний; и незнакомого полудохлого зека в довесок, что то ли загибался от ранее полученного серьезного внутреннего повреждения, то ли попросту успел уже потоптать меркурианскую пыль слишком долго.
Когда шаттл в последний раз изрядно тряхнуло, а поломанные стволы пальм гулко заскребли по наружной обшивке, Саймон понял, что они наконец долетели.
Едва только дверь шлюза отъехала в сторону, впуская на борт корабля теплый воздух альтерровских джунглей, двое заключенных, ни говоря ни слова, направились к выходу. Взаправду по собственной инициативе направился только один. У второго же попросту не было ни выбора, ни сил, чтобы сопротивляться.
– Эй, – окликнул было Саймон намылившегося к шлюзу зека, безуспешно силясь вспомнить, как этого типа зовут, – стой.
Тот лишь на мгновение задержался, молча обернулся, противно осклабившись, и, не потрудившись как-то пояснить свои действия, покинул шаттл, грубо волоча за собой болезного бедолагу. Нельзя сказать, что Саймон сильно опечалился такой потере. По большому счету, дальнейшая судьба увязавшегося за ним сброда его не особенно беспокоила, и вместе с тем не давало покоя какое-то чувство ответственности за то, что его задумка вытащить своих людей обернулась в итоге побегом тех, кому бы должно продолжать сидеть; за то, что он собственноручно привел эту шваль на Альтерру, и теперь весь пиздец, что они могли натворить, останется на его совести.
Тяжелым взглядом Саймон проводил покинувшего шаттл зека, искренне понадеявшись, что грязная свинья найдет свою кончину в этих джунглях. Немного жаль было доживающего свое парня, коего чмо за каким-то хером поволокло за собой – Саймон готов был поспорить, что не на случай потрепаться в дороге, коли внезапно сделается скучно идти. И все же, не взирая на пробившееся чувство справедливости, сам Вега не сделал ровным счетом ничего. Дико было осознавать, что бедолага бежал из тюрьмы, чтобы безыдейно сдохнуть на свободе и вряд ли естественным путем, но и рисковать собственной шкурой ради незнакомого почти мертвеца он был не готов.
Когда двое заключенных покинули шаттл, Саймон обернулся к своей горе-команде.
– Здесь вам не тюрьма, – начал он, – но все еще не свобода. Вас будут искать. Всех и каждого. Когда шаттл заходил на орбиту, его засекли. 
В этот момент их названный пилот возмущенно фыркнул, очевидно, намереваясь прокомментировать услышанное, но Саймон лишь скосил глаза в сторону особо несдержанного зека и равнодушным тоном продолжил:
– Мы спокойно выйдем отсюда, а после вам придется решить, как действовать дальше. Вы можете отправиться за ними, – Вега кивнул на шлюз, намекая на недавно покинувших их заключенных, – и выживать самостоятельно, или довериться мне, но в этом случае придется потрудиться придавить свою брутальную харизму и придерживаться моего плана.
Когда все наконец покинули борт корабля, Саймон сверился с навигатором, определяя их местоположение, и, задав в качестве пункта назначение кажущееся ему безопасным место, проложил наиболее приемлемый маршрут.
– Если жаждущих блеснуть самостоятельностью больше нет, то шевелите штанами, мы не на прогулке, – бросил он своим спутникам.[NIC]Simon Vega[/NIC][AVA]http://6.firepic.org/6/images/2015-11/29/2apwqem596ia.jpg[/AVA][SGN].[/SGN][STA]black voyage[/STA]

Глядя на перепуганные физиономии попутчиков в тот момент, когда шаттл вошел в атмосферу Альтерры, Тайкус недоумевал. Похоже, он был единственным, кто тащился от тряски и орал при этом так, что можно было принять его за бесстрашного покорителя Дикого Запада, пытающегося оседлать разъяренного быка. Большинство при этом косилось на него как на полоумного психопата, но у каждого свой взгляд на мир и вещи. После жесткой посадки, когда кора пальм начала скрести обшивку, Финдли удовлетворенно полез во внутренний карман трофейной куртки начальника тюремной охраны и извлек оттуда одну из трофейных сигар и зажигалку-зиппу. Сейчас, когда они уже сели, он мог позволить себе закурить, так как он всю дорогу был вынужден терпеть, так как видите ли пространство ограниченное, да и запас кислорода тоже. Клац. Первая затяжка была просто божественной, Тайкус чувствовал себя превосходно и с каждым вдохом сигарного дыма ему становилось только лучше.
Не успел люк распахнуться, как кто-то мелким оптом выскочил наружу и помчал со всех ног. Финдли далеко не сразу сообразил, что их компашку покинул Дохлый Джек и уволокший его Райз, о котором Тайкус знал лишь то, что у него полностью поехала крыша. Блонди, как окрестил Тайкус спасателя-импровизатора, попытался было окликнуть Райза, но не преуспел, так как тот уже скрылся с Джеком в зарослях. Пока Финдли неспешно отстегивался от своего кресла, Джонни попытался просветить Блонди на счет Даррена, после чего попросил Тайкуса подтвердить правдивость своих слов.
- Точно, - пустив струйку дыма, подтвердил Тайкус, - Понимаешь, тюремные условия Меркурия на каждого влияют по своему. Кого-то слегка заклинит, а некоторым полностью срывает кукушечку. Последний, это его случай, - при этом он кивнул в сторону открытого люка.
Отцепив ремни безопасности, Тайкус закинул на плечо лямку рюкзака, полного трофейного добра. Да, пока большинство решало куда лететь и как разблокировать управление шаттлов, старина Финдли успел помародерствовать и набрал полный рюкзак всяких разных вещичек убиенных ими охранников. Среди трофеев, помимо упомянутых сигар, зажигалки и куртки, были также пара пистолетов, один из которых находился за поясом, тренажер для запястья, планшет, коммуникатор, почти пустая фляга, гавайская рубашка (в которой иногда щеголял один из охранников), а еще постер с полуголой девицей и колода карт для тех, кому больше восемнадцати. Тем временем Блонди решил сверкнуть авторитетом и выдал парочку фраз, суть которых сводилась к тому, что раз уж он их вытащил, то все должны ему подчиниться или проваливать. Тайкус лишь хмыкнул после очередной затяжки и вышел из шаттла, чтобы наконец-то вспомнить, что такое открытое пространство без скафандра и генератора кислорода. Ступив на землю, он повернулся к шаттлу и достав сигару из рта, изрек.
- Блонди, я ведь тебе уже говорил, но повторю: на Меркурии пай-мальчиков не держат. Так что лично я согласен пойти с тобой, так как я еще не решил, куда идти. А вот указывать мне можешь не пытаться. Договорились, Блонди? Если да, то показывай дорогу.
Разумеется, "спасителю" такие слова не понравились, но Тайкуса от этого даже в носу не чесалось, а потому он молча последовал за ним, продолжая выкуривать сигару. Как оказалось, идти им предстояло не мало, а потому Финдли начал скучать. И чтобы скрасить время похода, он достал из сумки постер и принялся изучать откровенный наряд изображенной на нем девицы. Судя по тому, что позади него послышалось сопение нескольких человек, на постер положил глаз не он один. Хотя, учитывая формы изображенной там девки, Тайкус их всех понимал.
Потеряв примерный счет времени, Финдли затруднялся сказать, сколько они шли прежде, чем впереди они заметили целую кучу деревьев, с веток которых свисали красные, сочные, размером с кулак Тайкуса, яблоки. Словно жаждущие в пустыне, бегущие к оазису, не видевшие нормальной жрачки черт знает сколько, зеки всем стадом ломанулись к яблоневой роще и принялись жадно обтряхивать, срывать и пожирать столь аппетитные фрукты. Тайкус даже повалил одну яблоню, так усердно он ее тряс, зато ни одного яблока на том дереве он не оставил. Правда, в отличии от остальных, он не стал набивать брюхо под завязку, предвкушая возможность съесть что-нибудь еще. Как оказалось, за чередой яблонь находился дом и весь этот участок, был фермерским хозяйством. А раз есть дом, то должны быть и люди. А где есть люди, там должна быть и нормальная еда в холодильнике. И что самое главное, там просто обязаны быть алкоголь и бабы. И Тайкус для себя решил, что если ничего из этого там не будет, то он поубивает всех к чертям и пойдет туда, где это есть. Тем временем Блонди вел их прямиком к тому самому дому...

Отредактировано Tychus Findlay (2015-12-24 20:55:32)

[AVA]http://s3.uploads.ru/t/6X0u4.jpg[/AVA]

У Линды бывали таки дни, когда никто и ничто не могло омрачить её настроение. Дни беспричинного счастья, когда после тяжёлого дежурства она получала редкий выходной, высыпалась, хотя, по привычке, и вставала ещё до рассвета и делала то, что хотела.
Сегодня ее душе было угодно привести себя в порядок, взять испеченный с вечера любимый шоколадный торт Дэйдры и отправится на ферму Колсона. Она знала, как Итан иногда довольно жесток по отношению к детям и хотела сделать своим любимым ребятам, которые росли у неё на глазах и были что родные, хоть какой-то приятный сюрприз после возвращения с полей.
Правда слишком ранний подъем и свободная дорога заставили Мэй приехать значительно раньше обеденного времени, собственно, ко времени завтрака нормальных людей. Но, как уже было сказано, сегодня ничто не могло омрачить её настроения, даже припаркованная у дома машина Эллера Найта. Увидев ещё издалека знакомые очертания, а потом и номера, Линда сморщила свой носик. Она испытывала к бизнесмену двойственные чувства, признавая деловую хватку, но не одобряла его отношение к женщинам и ещё больше недолюбливая из-за оказываемого влияния на Дэй. К сожалению, дочь Итана, когда то бывшая неразлучной с Линдой и прислушивающаяся к её словам, достигла того возраста, когда уже считала себя взрослой, хотя таковой далеко не являлась. Юношеский максимализм и уверенность в том, что она знает лучше, заставляли Дэйдру слишком остро реагировать на попытки Мэй открыть ей глаза. Поэтому женщина прекратила злить девушку, наблюдая со стороны и надеясь на ее благоразумие и сознательность Найта.
Остановившись четко за машинкой Эллера и подперев его, довольная собой Линда обошла дом и дернула ручку двери, выходящей на веранду. Как обычно было открыто. Она догадывалась, что владелец строительной конторы здесь не из желания пожелать Колсону доброго утра и не хотела мешать мужчинам, влезая в деловой разговор. Поэтому пробравшись внутрь, Мэй встретилась взглядом с экономкой Итана, одними губами спросила: "Давно?", и получив утвердительный кивок, присела на кресло в гостиной, дожидаясь пока не увидит провожающего гостя к двери Итана.
Недолгое ожидание принесло звуки возни со стороны улицы, но Эллер все еще находился внутри. Значит вернулись дети. Желая встретить ребят и остановить перед входом в дом, что бы дать их отцу спокойно договорить, Линда таки решилась пройти на кухню, где оставила торт.
- Доброе утро, Итан, - искренне улыбнулась она Колсону, заходя в столовую, после чего отправила куда более сухую дежурную улыбку его собеседнику, - мистер Найт. Я заскочила только отдать Дэйдре обещанный торт. Не хотела вам мешать, так что позвольте ретироваться. – И прежде чем кто-то успел ей что-то ответить, Мэй упорхнула из столовой и быстрым шагом отправилась приветствовать детей.
- Шон, Дэй, Джен, - позвала она еще из дома, назвав последнего по поддельному имени, никогда не упоминая реальное. Причина была довольно проста - она боялась перепутать имена в присутствии кого-то из посторонних и тем самым подставить Рейджена и Итана. – Отец снова отправил вас пахать, а сам ничего не делает? – Линда наконец подняла глаза, одев солнцезащитные очки, которые протирала краем платья, пока говорила, и моментально остановилась. – Вы кто такие?
Перед ней стояла группа мужчин. Незнакомых, вооруженных мужчин далеко не самой интеллигентной наружности. Испугаться Мэй не успела, ровно как убежать или вообще сделать хоть что-то, потому что вырвавшийся вопрос оказался единственным, на что она способна. Женщина буквально приросла к месту, боясь пошевелиться. Ей почему-то казалось, что перед ней самые настоящие хищники, в то время как сама она не более чем мелкая мышь. И если не шевелиться, то ее не заметят и оставят в покое.
Вот только это были люди, поэтому практически нечеловеческим усилием она заставила себя попятится назад, заскочить в дом и быстро закрыть за собой дверь, не забыв ее запереть. Толку от этого, ясное дело, было ноль. Дверь-то была витражная и стеклянная, а у одного из мужиков она заметила большую такую пушку, которой запросто можно было все это разбить. Впрочем, она почему-то не сомневалась, что любой из них справится и с помощью своего кулака.

Тяжелым взглядом наградил Саймон своих спутников, мысленно раздумывая, какого, собственно, хера он возится с этими уголовническими рожами? Вступать в бессмысленную полемику, препираться и бить себя пяткой в грудь в попытке заставить тюремное быдло признать в нем, в Саймоне, неоспоримый авторитет, Вега не испытывал ни нужды, ни желания. Ему, по большому счету, было откровенно насрать, что думала о нем эта кучка беглых отморозков, и самым разумным шагом было бы забрать оставшуюся парочку калек из числа тех, ради кого затевался весь этот душераздирающий пиздец, и бросить остальной балласт на произвол судьбы. В том, что последней, в свою очередь, решительно положить на кучку беглых уголовников, Саймон ни на секунду не сомневался, и в сложившихся обстоятельствах продолжительность жизни каждой сбежавшей зечьей морды оказывалась прямо пропорциональна способности вовремя утихомирить собственный бурный нрав и понизить градус распиздяйской безбашенности, живо взыгравшей в заднице, стоило той лишь почувствовать дух мнимой свободы и кажущейся безнаказанности. Впрочем, как бы то ни было, сейчас раздумывать о том, как могли бы разворачиваться события, окажись горе-спаситель в компании в прошлом верных соратников, даром что нынче ничерта не помнящих остолопов, обряженных в меркурианскую тюремную робу, было попросту поздновато. Если и следовало решать проблему иначе, делать это нужно было гораздо раньше, еще в подземных тоннелях Меркурия. Отвязаться от лишних людей теперь же Саймону не позволяла совесть, которая отнюдь не была синонимом опасения за судьбинушку бежавшего из космической дыры скверно воспитанного отребья, но с приторной отчетливостью отдавала ответственностью за вольное разгуливание одичавших зеков по территории Альтерры. И эта ответственность отныне лежала только на нем, что являлось весьма сомнительным поводом для гордости.
Отвлекшись от собственных размышлений, Саймон на секунду притормозил, замечая впереди яблоневый сад и знакомые очертания кровли дома, возвышавшейся над кронами плодовых деревьев, еще раз сверился с показаниями навигатора, тем самым окончательно убеждаясь в том, что ни техника, ни собственная зрительная память его не подводят, и уверенным шагом направился в направлении заветной цели. Если Саймону не изменяла собственная память, охраны дружище Итан по каким-то неведомым причинам не держал, словно бы жил на острове, где преступность, равно как и всякий акт вандализма тотчас же оказывались на виду, мгновенно обличая своего автора. И, тем не менее, Вега опасливо огляделся по сторонам, допуская гипотетическую возможность напороться ненароком на совершенно ненужное сейчас общество излишне любопытствующих субъектов – как-никак толпа вооруженных зеков в драных тюремных робах привлекала внимание.
Стоило лишь подумать, как за спиной тут же зашелестели древесные ветви. «Нублядь…» – с обреченной досадой выругался про себя Саймон, оборачиваясь и натыкаясь взглядом на потрошащих яблони уголовников.
– Вы охерели что ли? – бросил он с совершенно искренним изумлением. – А еще громче  можно, чтоб, блядь, все в округе сбежались посмотреть, как шайка зеков самоудовлетворяется с яблонями?
Тем временем оголодавшее стадо проворно продвигалось в сторону дома, возле которого Саймон вскоре заметил припаркованную машину – у Итана явно были гости.
«Нублядь», – вновь лаконично пронеслось в голове. Затея заявиться к Колсону тихо завяла на корню, и когда внезапно входная дверь распахнулась, выглянувшая оттуда женщина, к собственной неожиданности, оказалась лицом к лицу с перекошенными фейсами явно не разбалованных за время своего заключения женским обществом уголовников.
Дверь захлопнулась так же быстро, как и открылась. Теперь об их визите прежде всего узнал отнюдь не тот человек, на помощь которого Саймон рассчитывал, ведя сюда беглецов. Спустя пару мгновений на пороге наконец возник хозяин дома. Вега недоверчиво прищурился, глядя на Колсона, что, очевидно, за каким-то бесом решил прикинуться валенком.
– Не ошиблись, Итан, – вкрадчиво ответил Саймон, сдержанно улыбнувшись. – Адрес совершенно верный, и на лица у меня память хорошая. Есть дело, в котором очень кстати пришлась бы твоя помощь.
Скосив взгляд на ближайшего заключенного, Вега решил не тянуть кота за хвост и продолжил:
– Нужно приютить этих ребят. Какое-то время нас будут искать, поэтому рыскать в поисках убежища где-то еще нам сейчас немного не с руки. Я знаю, у тебя в доме есть место, да и к тому же вряд ли кто-то станет устраивать обыски во владениях законопослушного фермера. Мы постараемся не доставлять тебе неудобств и посидим тихо. – В последнем, впрочем, Саймон отнюдь не был уверен, но что еще он мог пообещать человеку, у которого просил укрытия?[NIC]Simon Vega[/NIC][AVA]http://6.firepic.org/6/images/2015-11/29/2apwqem596ia.jpg[/AVA][SGN].[/SGN][STA]black voyage[/STA]

- Да не кипятись ты так, Джонни, я же не специально! Да и вообще - здесь нет никакого дупла! - парировал Тайкус, в ответ на ругань чудом спасшегося от удара деревом по черепушке Кэйпы.
Раскаты смеха зеков прервал блондинчик, который принялся строить из себя авторитета с правом указывать им что делать. Разумеется, в его словах имело место быть зерно правды, так как если они не свалят куда-нибудь, то даже самый ленивый коп их найдет без малейшего труда. Упоминать о том, что Финдли не горел желанием возвращаться на ту долбаную планету, дабы сгнить там от радиации, явно было лишним. Тайкус вкусил вкус свободы и черта с два он так просто просрет свой шанс найти ту деваху, что была вытатуирована у него на плече. Да вот, одного блондинчик не учел, хотя Тайкус уже неоднократно ему напоминал что он - не пай-мальчик и слепо идти за ним и выполнять каждую его прихоть - не намерен. Собственно потому, как только стало очевидно, что Блонди ведет их к тому самому дому, что он заметил ранее, Финдли принялся плавно менять свой личный маршрут. Пока все были увлечены разглядыванием дома, Тайкус сперва начал замедляться, а как оказался в хвосте их процессии - начал обходить дом по широкой дуге, делая все так, чтобы ни Блонди, ни другие зеки не заметили его передвижений. Кто-то кому-то когда-то где-то сказал: умный в гору не пойдет, умный гору обойдет. И Финдли понятия не имел, откуда в его голове взялась эта фраза, вот вспомнилось ему, а откуда, куда и зачем - черт его знает. Главное, что  к случаю пришлось.
К тому моменту, как блондинчик с толпой зеков приближались ко входу, Тайкус уже находился с другой стороны дома, где также была дверь. Спрашивалось, на кой он решил зайти с другой стороны? А причина все та же - не верил он блондинчику и в любом его шаге он ждал подвох и предательство. Там, на Меркурии, Кэйпа ему одну умную вещь сказал: блондинчик приперся на Меркурий ради кого-то. Ему был нужен только кто-то конкретный, остальные были для него балластом, а потому нельзя было исключать, что от балласта он попытается избавиться. Ну а в этом доме на отшибе запросто можно было организовать засаду. Как знать, может, стоит парням за порог ступить, как их всех возьмут под прицел, разоружат, а потом всех лишних мочканут. Да, Финдли был подозрителен до натуральной паранойи, но только благодаря этому он и протянул два года в том аду, где подохнуть можно было не только добывая гелий, но и банально словить инфаркт вызванный заточкой меж ребер или пулей промеж глаз.
Изначально, в планы Тайкуса входило вынести дверь пинком, ворваться, перебить все живое, а уже потом решать, была там засада или нет. Но в последний миг он решил что он все-же не бессмертный, а потому лезть на амбразуру он не станет как и тогда, при штурме оружейки, когда на амбразуру полез Кэйпа. Достав пистолет, он аккуратно приблизился к двери и  попробовал ее тихонечко открыть. И ведь вышло! Неизвестно, кто жил в этом доме, но одно было очевидно, раз  у него двери не заперты то он - лох. Это же надо додуматься, оставлять двери не запертыми, это же черти кто может ввалиться! Собственно, черти кто и ввалился, но тихо, на полусогнутых и передвигаясь крайне осторожно. Как у него так получалось двигаться - он был ни сном ни духом, раньше он не подозревал, что способен двигаться практически без шума. Тем не менее он двигался и его до сих пор не обнаружили и вот он уже попал в комнату, откуда доносился вкусный запах. Это была кухня, а судя по тому, что в другой комнате он заметил край стола, там была столовка. Точно, из одной тюряги, блондинчик их завел в другую. Хотя, если это тюряга, то самая дерьмовая - ни одной решетки или массивной железной двери, которую хрен откроешь без ключ-карты. Но все мысли из больной головы Тайкуса как-то улетучились, когда открыв какую-то дверцу, его взору не предстал рай земной в виде разнообразного хавчика, который одним своим видом пробуждал звериный аппетит. Это он угадал, когда не стал набивать брюхо яблоками. Первым делом он пихнул в рот огурец и сточил не глядя, затем открыл какую-то упаковку с рогатым существом, которого Тайкус вроде бы никогда раньше не видел. Внутри что-то хлюпало и Финдли было обрадовался, что нарыл бухло, но пробный глоток показал, что это совсем не бухло. "Вернув" напиток обратно в пакет, Тайкус закусил помидором, чтобы отбить привкус того пойла, которое, судя по надписи на пакете, носило странное название "молоко". Когда привкус этих "молоков" был отбит, на глаза зека попалась длинная мясистая палка, как та, которую он себе воображал, пока давился тюремной баландой.
- Са... Са-лья-ми... - тихо пробурчал Финдли себе под нос, пытаясь прочесть надпись на этикетке, что бумажным кольцом обхватывало палку поперек. Надо будет у блондинчика спросить, что оно такое "сальями" такое? Хотя он и подозревал, что это должно быть вкусно. Еще в холодильнике была зелень, но Тайкус же не козел, чтобы зелень жрать! Как вообще можно заставлять человека жрать траву? Это же ни в какие понятия не лезло! Даже изверги на Меркурии травой не кормили! Выбросив бяку под ноги, Финдли продолжил осмотр хавчика, при этом продолжая держать "сальями" в руке, словно это дубинка такая. Вспомнив про блондинчика и зеков, Тайкус таки оторвался от рассматривания и тыканья стволом пистолета всего, что имелось в этом железном ящике и уже собрался было валить с кухни и пойти на голоса, дабы выяснить, что там творится. И тут он заметил что-то плоское, круглое и черное, обнюхав ее, Финдли понял одно - запах приятный. Сперва он легонечко лизнул штуковину с краю и понял, что она невероятно вкусная. Решив, что штуковина однозначно его, как и "сальяма", Финдли хотел забрать ее, чтобы до нее никто не посмел даже дотронуться, но у него была проблема - рук не хватало. В одной руке был пистолет, в другой "сальяма"-дубинка, но эту штуку он был обязан пометить. Не долго думая, он нырнул в эту штуку лицом, пытаясь откусить от нее как можно больший кусок, в итоге на штуке получился такой себе кратер. Теперь его штуку точно никто трогать не посмеет, так как он ее только что застолбил.
Довольный, как начальник тюремной охраны после проверки, Тайкус покинул кухню и пошел на голоса. В столовке он нашел какого-то мужика, правда он тощий был совсем, еще немного и Дохлого Джека можно было бы назвать реальным самцом на фоне этого вот. Сделав страшные глаза, Финдли жестом показал тому, чтобы тот не издавал ни звука, при этом помахал в воздухе пистолетом, как бы намекая, что если тот его, Тайкуса, ослушается, то зек в долгу не останется. И тут в столовую зашла  аппетитная и крайне возбудившая зека девушка.
В голове Тайкуса молнией пронеслись две мысли, что ему уже было не свойственно. Первая была самая банальная: "Я ее первый нашел - она моя!". Второй мыслью было: "А пацаны ее видели? Надо похвастаться!". Потому, прежде чем девушка успела рот открыть, он обхватил ее за талию рукой, что все еще сжимала "сальяму" и вместе с ней они понеслись в коридор, откуда та только что появилась, так как откуда-то оттуда донесся вопрос Кэйпы. С взглядом полоумного психопата, с мордой покрытой чем-то черным с той сладкой штуковины, с стволом в одной руке и "сальямой" в другой, да еще и приобнимая за зад симпатичную девку и с вздыбленным хозяйством, что вот-вот робу порвет, Финдли, не особо стесняясь другого мужика, что загораживал ему ребят своей тушей, заорал:
- Джонни! Ты только глянь, что я нарыл!

Отредактировано Tychus Findlay (2016-01-21 00:18:40)

Линда словно забыла, как говорить, поэтому оглянувшись на голос Итана, лишь кивнула, но ватные ноги даже не подумали двигаться. Мужчине пришлось ей слегка помочь. Прикосновение заставило вздрогнуть, учитывая происходящее между ними в последнее время, но Мэй отмела лишние мысли и начала медленно пятиться в сторону столовой, не отводя взгляда с Колсона.
"У Итана есть пистолет?!" - с ужасом пронеслось в голове, когда женщина увидела, что фермер достал оружие. И не откуда-то, а из простого шкафа, где запросто могли рыться дети. И это ужасало куда больше, чем само наличие чего-то огнестрельного в доме, ведь это еще можно было как-то объяснить.
"Неужели он был готов, что произойдёт нечто подобное?" - Открытие за открытием. Вот только дальше себя накручивать ей не дали. Только оказавшись в той самой столовой, где должно было быть безопасно и тихо, Линду моментально сгребли в охапку очень неприятно щупая за неподобающие места. Желая было возмутиться таким нахальным поведением и высказать Найту все, что она о нем думает, Мэй повернула голову и, встретилась глазами с Эллером, стоявшим напротив. Догадка пришла быстро и ещё небольшой поворот, заставил её рот захлопнуться со стуком.
Один из "гостей" был здесь, в столовой и явно чувствовал себя как дома. Палка колбасы и измазанное тортом лицо красноречиво это подтверждали.
"Так, стоп, торт? Торт Дэйдры?" - Линде стало неимоверно стыдно перед девочкой. Она так давно обещала ей его принести, но все испортил этот человек. Хотя назвать его подобным образом язык поворачивался с трудом. Грязное животное подходило куда лучше. Совершенно незнакомое, с каким либо этикетом, грязное, похотливое животное. 
Если бы здесь сейчас был её брат или отец, они бы по глазам поняли, что Линда теряет контроль. Нет, испорченный торт, сворованная колбаса, разящий он мужчины запах не могли вывести её из себя, ведь у захватчика было оружие и Мэй совершенно не сомневалась, что оно заряжено и владелец умеет им пользоваться. Она могла выйти из себя по одной простой причине. Её лапали. Совершенно бесцеремонно держали за пятую точку и красноречиво упирались своим достоинством в бедро, а Линда ну никак не могла этого стерпеть. Никогда. К тому же она просто не представляла себе, что к ней может дотронуться какой-то другой мужчина, кроме Итана.
Мисс Мэй выглядела хрупкой, очень хрупкой и милой девушкой, таковой и являясь, но она была врачом. И врачом хорошим, знающим своё дело, ни раз вправляющим людям кости и суставы и обладая не огромной, но вполне достаточно силой, что бы справиться с подобными задачами. Добавить к этому совершенное знание человеческого тела и можно понять, что же она предпримет в следующую минуту.
Выбор был невелик, она была скована в движениях и совсем не могла навредить в достаточной степени, что бы обезвредить человека, но она могла дать шанс Найту хотя бы разоружить нападавшего. Тем более, что он так кстати решил ей помочь. Линда знала, что бизнесмен был не таким уж плохим человеком, несмотря на его бабнические замашки, но все равно осталась приятно удивлена. Она одними губами произнесла "спасибо", сжала кулак, выдвинув костяшку указательного пальца и ударила в плече-лучевую мышцу державшей пистолет руки. Если она смогла дотянуться, если ей хватило сил, то пистолет должен был выпасть из рук. Да даже, если она просто добилась пронизывающей боли, и мужчина всего лишь опустил руку, Итан или Эллер должны были успеть схватить оружие и, как надеялась Линда, вырвать её из железной хватки.

О том, что Итан его не сразу признал, Саймон смекнул еще с порога, с первых слов, произнесенных хозяином дома. «Не удивительно», –  мысленно усмехнулся Вега, а вслух отшутился:
– Маскировка творит чудеса.
В действительности же ни о каких чудесах речи не шло: с того самого момента, как его людей накрыла облава ищеек АНБ, и единственное чудо заключалось в том, что самому Саймону удалось не попасться, он несколько месяцев сряду отсиживался в подполье, стараясь не отсвечивать и вообще быть тише воды, ниже травы, и лишь когда буря постепенно утихла, а былой интерес спецслужб к его персоне ощутимо угас, он рискнул провернуть спасательную операцию, сунувшись сперва на Землю, а после, попав в число добровольцев, отправился на Меркурий под видом тюремного надзирателя. Надо ли уточнять, что собственный внешний вид, его эстетичность и узнаваемость со стороны давних знакомцев – последнее, что его волновало? Сейчас же, глядя на стремительно разворачивающееся отнюдь не по заданному сценарию действо и мимоходом вспоминая павших смертью храбрых бойцов, а, проще говоря, бесславно давших дуба еще в коридорах меркурианского отстойника сотоварищей, Саймон в очередной раз задался сакраментальным вопросом из серии «нахуя козе баян?» Нехило же он облажался, коли и больше половины людей похерил, даже не выведя за пределы тюремной территории, и теперь ничерта не способен был контролировать ситуацию.
От разговора с Итаном его отвлек вопрос Кейпы, адресованный непонятно кому и всем разом одновременно. Зеки тут же переглянулись, будто пропажа в лице Финдли могла оказаться черт знает каким образом у кого-то припрятана. Названная пропажа, впрочем, не замедлила о себе заявить практически сразу, стоило только беглым сотоварищам заметить отсутствие одного из своих.
Небритая уголовническая морда, перемазанная чем-то коричневым (Вега благоразумно поостерегся давать волю фантазии в попытке угадать, в какую дрянь это угрешище уже успело запихнуть свое ебало) с палкой колбасы в одной руке и пистолетом в другой отъявилось в дверном проеме, по дороге успев прихватить до кучи смазливую бабенку.
«Йобаный же пиздец… – сокрушенно подумалось Саймону, – ни минуты без хуйни.»
Меж тем хуйня в лице все того же Финдли, не смотря на уговоры самого Итана и невесть откуда взявшегося в стенах этого дома местного магната Найта, совсем не торопилась щедро делиться нахапанным.
Вега мельком взглянул на Найта. «Ага, значит, машина перед входом его», – живо смекнул он. Дело оставалось за малым: выяснить, сколько еще левого народу отирается в пенатах Колсона в этот приветливый ясный денек.
Еще раз внимательно приглядевшись к притащенным Тайкусом трофеям, Саймон узнал в упиравшейся в руках заключенного женщине ту самую особу, что несколькими минутами ранее имела неосторожность открыть им дверь, а последующие слова Итана окончательно развеяли сомнения, прояснив вопрос установления личности дамочки.
– Твое гостеприимство, Итан, поистине не знает границ, – не удержался Саймон, чтобы не съязвить, намекая на обилие в помещении лишнего народу. Вся эта пестроликая толпа в виде местного олигарха и не в меру резвой докторши с сомнительным багажом из не самых сговорчивых родственников существенно осложняла первоначально простой и слаженный план укрывательства тюремной братии в стенах дома отдельно взятого фермера.
– Угораздило же прокачивать его на максимум именно сейчас, – сокрушенно вздохнул Вега.
В этот момент дамочка, очевидно, устав ждать, пока ее бравые спасители вдоволь нажуются соплей, решила взять инициативу в свои руки и избавить наконец свою задницу от загребущих лапищ немытой сволочи с колбасой. Этого хватило, чтобы освободиться и занять место за спиной Колсона, что, в свою очередь, уже нервно тряс оружием.
– Давайте успокоимся, – примирительно начал Саймон, стараясь разрядить обстановку и аккуратно вставая между Колсоном и Финдли. – Если сейчас мы перестреляем друг друга, не будет уже ни свободы, ни жратвы, ни баб.
Он перевел взгляд на Финдли и постарался говорить как можно спокойнее, не повышая голоса:
– Еды в доме на всех хватит, незачем устраивать пиздец. Ты же не хочешь снова сесть из-за палки колбасы и недотраха.
Не дожидаясь реакции уголовника, Вега обернулся к Колсону:
– Извини, Итан, сам понимаешь, мы не просто мирно вышли через парадные ворота на Меркурии, и все еще немного на взводе.
Саймон еле сдержал нервный смешок: «На взводе, блядь – да это гребучая толпа херовых отморозков!» Вслух, естественно, он сказал совсем другое:
– И да, мы договорились: ты предоставляешь нам убежище, мы, – он еще раз обвел красноречивым взглядом приведенную с собой толпу утырков, – ведем себя прилично. [NIC]Simon Vega[/NIC][AVA]http://6.firepic.org/6/images/2015-11/29/2apwqem596ia.jpg[/AVA][SGN].[/SGN][STA]black voyage[/STA]

Хотя вдохновляющей ситуацию было никак не назвать, Эллер наблюдал за развитием событий с большим интересом уже хотя бы по той причине, что за последние две минуты он узнал много нового об обитателях дома Колсона. Например, что Итан хранит в прихожей пистолет. Или что мисс Мэй – не просто милая Линда, но нечто особенное. Или что один из вломившихся в дом – Саймон – «товарищ» Колсона, и этот Колсон уверенно обещает спрятать кучку зеков так, что их не найдут. Ах да, и еще ему «плевать на АНБ». Правда, это могло быть всего лишь бравадой, но с другой стороны… Взять, например, Рейджина. И Линду, которая не просто Линда. Да и так, по мелочи… Словом, Эллер вполне допускал, что Итану лишние контакты с федералами ни к чему. Если ему при этом удастся договориться с зеками и развязать этот узел полюбовно – пусть так, но торчать тут до скончания века Найт однозначно не собирался. А было очевидно, что в ближайшее время из этого дома никто не выйдет.

Сильнее всего, с точки зрения Эллера, ситуацию осложняло присутствие Линды. Однако на тот момент он еще не представлял, насколько она в действительности способна обострить положение. А зря, потому что этой хрупкой женщине хватило ума ударить державшего ее перемазанного в шоколаде верзилу в плечо – по-видимому, прицельно и с определенным расчетом. Расчет, очевидно, заключался в том, что так их тут всех быстренько перестреляют, и мучиться никому уже не придется. Найт придерживался принципиально иной позиции и сейчас был крайне далек от благодарности Линде за ее поведение и ничем не оправданный героизм, которым она подвергла риску их жизни. Эллер даже не шелохнулся ей навстречу: благо, миротворцев нашлось достаточно, чтобы организовать небольшую кучу-малу.

Так называемый Тайк, матеря всех, на чем свет, все-таки выпустил добычу из рук, и совместными усилиями присутствующим худо-бедно удалось восстановить шаткое равновесие. «Надо все же завести себе телохранителя, – подумал Найт. – А лучше парочку». На Линду он пока старался не смотреть – она уже так всем  «помогла», что Эллеру не терпелось на время исключить ее из общего уравнения. К его удивлению, роль миротворца среди зеков взял на себя не только Саймон, который привел сюда всю эту развеселую компашку (неслучайно же его лицо показалось Найту знакомым), но и совершенно отшибленный на вид мужик. Выдвинутое им предложение с распределением ролей было, в общем-то, довольно здравым, если рассуждать с позиции беглого зека. Другое дело, что Эллеру не особенно улыбалось торчать в обществе этих провонявших тюрьмой отморозков. Однако оставалась еще первая часть «предложения». Найт обменялся взглядами с Колсоном, скользнул взглядом по лицу Саймона, посмотрел на Кейпу и медленно достал из кармана телефон. Нужный номер был вбит в память под именем «Пиранья».
– Моя помощница, – пояснил Эллер. – Толковая девочка, она все устроит.
– Здравствуй, солнышко, – произнес он уже в трубку. – Люсиль, мне нужны несколько девочек попышнее, организуй и пришли их в дом Колсона, чем скорее, тем лучше.
Найт опустил телефон в карман, не нажав клавишу отбоя. Может быть, Кристин поймет, что он не случайно забыл ее имя, и догадается послушать подольше, а если кто-то из зеков додумается затребовать у него телефон, сама прервет вызов.

Это была легкая часть. Дальше все обстояло проблематичнее.
– Вам нужна гарантия безопасности, это понятно, – снова заговорил Эллер, отвечая Кейпе. – Но если сюда действительно прибудут агенты, как вы предполагаете, они увидят снаружи мой автомобиль, и если не найдут в доме меня, сочтут это подозрительным. Если вы готовы пойти на такой риск, я к вашим услугам, – заключил Найт все тем же тоном светской любезности, будто бы не проводя различий между собеседниками по их социальному статусу.

На Итана было любо-дорого поглядеть, такие любопытные в нем происходили перемены. Эллеру подумалось, что он мог бы даже проявить самоотверженность и на время пойти в добровольное заложничество к беглым заключенным, – и после этого, если все окончится благополучно, Колсон с его чувством вины и справедливости еще посчитает себя обязанным кое о чем ему рассказать.

- Перебьются без чая, - Колсон грубо оборвал попытку Линды проявить гостеприимство и дружелюбие.
Он спинным мозгом чувствовал, что у кого-то глаза на мокром месте. Сам он от сложившейся ситуации, можно сказать, рыдал в душе и жалел, что родился не бабой. Ну угораздило же так сложиться обстоятельствам! Как не Линда с тортом или Эллер с предложением, от которого нельзя отказаться, так старый знакомый со сворой одичавших зеков, только что сбежавших из тюрьмы.
Не дом, а проходной двор!
Меньше всего Колсон хотел светить перед Найтом своими "связями". А тут, мало того, что, считай, напрямую признался в антиправительственной деятельности, так еще и проявил горячее желание приютить криминальный квартет безмозглых овощей, или во что там их превратили на Меркурии. С головой мужики реально не дружили, а если и дружили, то не все.
Лично Итан пока что возлагал надежды на Саймона и мужика, который решил подвести итог всему этому пиздецу, распределив роли. Умник, блядь. Небось параноит, что стоит им забраться в какой-нибудь сарай, там их и повяжут тепленькими. Резонно. Если не знать, что присутствие АНБ на ферме Итану ой, как не выгодно. Пожалуй, даже больше, чем зекам. Ему, по крайней мере, есть что терять и кроме свободы.
Колсону приходилось беспокоиться сразу о стольких вещах, что он чувствовал, как от абсурдности происходящего у него медленно едет крыша. Еще немного, и он бы пристрелил того дебила с колбасой, который напугал Линду. Хорошо, что не сделал этого, это был бы крайне глупый поступок, но как хотелось-то, прям руки чесались. Мэй, хоть и была напугана, понемногу приходила в себя. Он и сам, наверное, испугался не меньше. И сейчас больше всего боялся за ее безопасность. Но антистрессовой терапией они займутся позже, если выживут.
Итан хотел обнять девушку за плечи, но поймав на себе парочку злобных завистливых взглядов, ограничился тем, что взял ее за руку и крепко сжал. Если он сейчас найдет способ обезопасить ее от приставаний этих утырков, останется только вытащить из этой задницы Эллера который, похоже, тоже начал терять терпение. Итану тоже не понравилось предложение любителя покомандовать, который жаждал общества Найта больше, чем визита проституток, но ему никто и не предлагал присоединиться к теплой компании. А Найт был как-то подозрительно спокоен. Если бы не очевидно невыгодное положение, Итан бы поклялся, что Эллер получается от сложившейся ситуации какое-то свое, извращенное удовольствие. Вот же адреналинщик хренов!
Кстати, интересное наблюдение. Раньше Колсон не думал, что его новому другу может прийтись по душе такая передряга. Эллер, наверное забыл упомянуть кое-что из своей биографии, когда они изливали друг другу душу за цистерной кальвадоса пару месяцев назад. Итан, конечно, подозревал, что его строительный магнат не так прост, но не предполагал у него таких крутых стальных мужских причиндалов. Но пока что у Найта мозги варили круче всех.
Вот бы он нашел способ слинять отсюда и вытащить Мэй!
Колсон понимал, что после придется с обоими объясняться, но прикрывать сейчас лицо задницей и делать вид, что он тут ничего такого. яблочки растит во имя здоровья жителей Альтерры, было по меньшей мере глупо. А то и опасно.
- Саймон и ты, как твое имя? - Итан кивнул "командиру"- У нас есть около часа. Возможно, меньше. Надо кое что обсудить, прежде, чем я отведу вас туда, куда надо. Заодно объясню ситуацию. Никто никуда с вами не пойдет, вы не в том положении, чтобы брать заложников. Он прав, его машину узнают, и все станет совсем плохо. А заниматься тачкой у нас нет времени. Как и объяснять, что к чему в подробностях. Я помогу вам пересидеть облаву. Только усмирите своего буйного, иначе сделки не будет. Эллер, будь добр, дай мне свой телефон. Я сам отвечу, если шлюхи перезвонят.
Итан протянул руку и забрал у Найта аппарат. Да, мать его, умней их всех, как он и подозревал. Незаметно отключив устройство, Итан лишил АНБ (или кому там Найт посылал любовные SOS-сообщения) возможности отследить его местоположение. Хоть бы не успели засечь.
- Прости, так надо, - Колсон чувствовал себя виноватым перед Найтом, но сейчас было не до сантиментов. Он не мог позволить Эллеру вызвать в его дом оперативников АНБ. Даже если это и означало, что он лишает их последнего шанса на спасение.
Сунув отключенный телефон к себе в карман, Итан жестом пригласил всех пройти на кухню.
- Холодильник в вашем распоряжении. Саймон, на пару слов.
Итан поймал на себе неприязненные взгляды остальных и поспешил вместе с Линдой покинуть кухню. Девушку он водил за  собой хвостиком за ручку, не отпуская ни на шаг.

- Вега, я, блядь, тебя убить готов! - Итан говорил вполголоса, не желая, чтобы их разговор могли подслушать. - Я понимаю, что тебе некуда было идти. Но ты мог хотя бы не тащить сюда этих отморозков? Ладно, хрен с ним, что сделано, то сделано. Ты их знаешь лучше. Поговори с ними, убеди отпустить Линду и Найта. По поводу остального договоримся. Помнишь, бункер, который построил Джейсон? Он в лессу, в горах, в нескольких километрах от дома, это если напрямую, через сады. С воздуха его не видно. Если не знать, где он расположен, хрен вычислишь. Я отведу вас туда. Если отпустите моих друзей. В доме я мог бы спрятать одного тебя, но не их. Если честно, у меня и туда их вести желания нет. Так что, ты объяснишь своим новым друзьям, что им выгодно сотрудничать? Я все еще могу на тебя рассчитывать?
Итан посмотрел Саймону в глаза, давая понять, что ложь не прокатит, не тот случай. Возможно, Веге действительно некуда было деваться, но он забил на то, что в доме есть дети, и забыть об этом было не так просто. Итан никогда не бросал товарищей в беде. Не собирался делать этого и сегодня. Но Линда и Эллер тоже были его друзьями, и выбирать между ними и Саймоном он не хотел совершенно. Он надеялся, что Вега понимает, что тут уже вопрос не в приоритетах, а в ответственности.
- Линда, - он повернулся к девушке и наклонился к ее лицу, сжимая холодные пальцы еще сильней.  - Сейчас поднимешься в мою спальню, возьмешь Буську и запрешься изнутри. Двери тут волшебные, твой брат постарался, так просто их не выбьешь. Сиди, как мышь, пока я не вернусь. И не вздумай никого вызывать на помощь. Но я буду очень благодарен, если ты со своего телефона позвонишь Джену и детям. Задержи их как хочешь, только не говори о том, что тут происходит. Ты меня поняла?